На российскую больницу впервые подали в суд за отказ в посещении умирающего в реанимации родственника. Суд встал на сторону медиков

19 сентября 2018
Общество

Формально граждане России могут посещать тяжело больных родственников в реанимациях больниц. Еще в 2016 году порядок таких посещений расписало в своих рекомендательных письмах министерство здравоохранения. В июне 2018 года московский департамент здравоохранения выпустил приказ о том, что все отделения реанимации должны быть открыты для родственников круглосуточно. На практике получить доступ в реанимацию очень трудно. Жительница Москвы Ольга Подоплелова, которую не пустили в реанимационное отделение к умирающей матери, впервые в России подала на больницу в суд, потребовав компенсации. Суд отказал ей, не найдя закона или «другого нормативного правового акта», который бы регламентировал такие визиты. Подоплелова обжалует это решение.

Жительница Москвы умерла в реанимации ГКБ имени Плетнева. Родственникам так и не дали зайти к ней

8 мая 2017 года Надежду Подоплелову госпитализировали в московскую Городскую клиническую больницу им. Д. Д. Плетнева. На тот момент она уже больше года жила с онкологическим диагнозом, прогноз был неблагоприятный, родственники наняли сиделку и обеспечивали поддерживающее лечение. В отделение сосудистой хирургии ГКБ им. Плетнева Подоплелова попала из частной клиники, где она лечилась. У нее было подозрение на тромбоз глубоких вен на фоне химиотерапии, и нужно было поставить кава-фильтр. В частной клинике сказали, что не смогут это сделать, и вызвали скорую, которая отвезла Подоплелову в городскую больницу.

Через два дня, 10 мая, родственников попросили купить кава-фильтр, что они и сделали. В 13:10 провели операцию, но через несколько часов у пациентки появилась боль в груди — как выяснилось, случился пневмоторакс: около легкого скопился воздух. Подоплелову забрали в отделение анестезиологии и реанимации. Вечером в больницу приехали обе дочери пациентки — Ольга Подоплелова и Юлия Дембич. Они позвонили в дверь отделения реанимации — вышел дежурный врач, который, по словам Ольги Подоплеловой, сказал, что состояние пациентки тяжелое и что она в сознании. Он отказался пускать родственников в отделение.

11 мая — в день рождения Надежды Подоплеловой — дочери и муж пациентки по очереди и вместе были в больнице несколько часов, но заведующий отделением дважды отказывался пускать их к пациентке, сообщив, что прогноз неблагоприятный и перевод в другую больницу (а родственники предлагали такой вариант) невозможен. Вечером дежурный врач сказал, что, скорее всего, в течение дня Надежда Подоплелова умрет, но также отказался пускать родственников.

За все это время, по словам Ольги Подоплеловой, семья пациентки слышала несколько причин отказа:

— В отделении нет условий для нахождения родственников.

— Отделение переполнено, и из-за родственников придется остановить помощь пациентам.

— Пациенты засудят больницу, так как они лежат без одежды при посторонних людях.

Ольга Подоплелова — она по образованию юрист — уехала домой готовить заявление главному врачу Ирине Назаровой. В восемь утра 12 мая Юлии Дембич позвонили из больницы и сказали, что ее мать умерла три часа назад.

В больнице признали, что могли пустить дочь к умирающей матери. Она подала в суд, требуя компенсации, но проиграла

17 мая 2017 года Ольга Подплелова подала жалобу на имя главного врача: она сказала, что считает действия врачей отделения реанимации незаконными. В ответе, который она получила, (он есть в распоряжении «Медузы») за подписью заместителя главного врача Максима Куценко сообщалось, что «изложенные объяснения в служебной записке заведующего отделением анестезиологии и реанимации признаны неубедительными. Отказ в посещении пациентки Подоплеловой Н. Н. ее родственниками в отделении анестезиологии и реанимации не обоснован и противоречит Письму Министерства здравоохранения РФ от 30 мая 2016 г. № 15-1/10/1-2853,. а также письму Департамента здравоохранения города Москвы № 20-13-19340/16 от 07.06.2016».

Также из ответа следовало, что заведующему отделением объявили о дисциплинарном взыскании, его лишили премий за 2017 год и указали, что правила посещения пациентов нужно соблюдать. Чуть больше чем через месяц, дисциплинарное взыскание, правда, отменили.

Подоплелова решила идти в суд с требованием компенсации морального вреда. «У меня не было цели свести личные счеты, — говорит она „Медузе“. — Но, как выяснилось, допуск в реанимацию — это очень большая проблема. Я с этим столкнулась сама, я не видела за все время, чтобы кто-то из родственников входил или выходил из отделения реанимации, я открыла для себя какое-то бездонное количество историй в разных городах. Можно сколько угодно выпускать приказы и письма, но ничего не изменится, пока суды не станут на защиту граждан и не скажут, что нельзя так поступать». По ее данным, это первое такое дело в России.

В качестве истцов были указаны сама Ольга, ее сестра и отец, они запрашивали 173 тысячи рублей на каждого. «Эту цифру я взяла не с потолка: это средняя компенсация морального вреда, которую [Европейский суд по правам человека] ЕСПЧ присуждает заявителю при похожих делах (например, „Гищак против Польши“„Плоский против Польши“„Солтысяк против России“). Я понимала, что эта сумма неприемлема для российских судов, и она будет снижена в десятки раз, но не в этом дело, и я была уверена, что выиграю».

В своем исковом заявлении (оно также есть в распоряжении «Медузы») она ссылалась на федеральный закон № 323 «Об основах охраны здоровья граждан», где указано, что создать условия, обеспечивающие возможность посещать пациента, — приоритет при оказании медицинской помощи. А также на письмо Минздрава, которое упоминалось в письме ГКБ. им. Плетнева, и статью 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод — в ней говорится, что у каждого есть право на уважение семейной жизни. Практика Европейского суда по правам человека показывает, что запрет на посещение умирающего родственника — это вмешательство в такое право.

14 августа 2018 года состоялось заседание Измайловского районного суда. Основным аргументом представителя больницы было то, что все время, пока Надежда Подоплелова была в отделении реанимации, другие пациенты нуждались в медицинских манипуляциях — и посетители могли помешать работе персонала. Судья Наталья Виноградова приняла решение в пользу больницы. По словам Ольги Подоплеловой, во время заседания судья при упоминании практики Европейского Суда сказала: «У нас здесь пока не Европа». Обосновывая отказ (документ имеется в распоряжении «Медузы») суд указал и на аргументы представителя больницы, и на то, что на данный момент нет закона или другого нормативного правового акта, который бы регулировал посещение родственниками отделения реанимации.

Формально навещать своих близких в реанимации можно. На практике это по-прежнему совсем не так

По словам врача, до недавнего времени работавшего в ГКБ им. Плетнева (он попросил не упоминать его имя), в действительности в это отделение реанимации нередко пускают родственников: «Все зависит от врача, заведующий сговорчивый и пускает по первой просьбе, дежурные могут оказаться не очень, но к умирающим обычно пускают». Майя Сонина, директор благотворительного фонда «Кислород», который помогает пациентам с муковисцидозом (они часто оказываются в ГКБ им. Плетнева), в письме «Медузе» сообщила: «Насколько мне известно, родственников могут пустить по договоренности, в зависимости от того, какая смена, и в зависимости от того, насколько необходим индивидуальный уход за больным, и насколько адаптивны сами родственники. И, к сожалению, эти отделения имеют достаточно стесненные обстоятельства для того, чтобы ко всем многочисленным пациентам пускать круглосуточно родственников».

В ответе на запрос «Медузы» в ГКБ им. Плетнева за подписью того же заместителя главного врача, что подписывал ответ Ольге Подоплеловой о дисциплинарном взыскании заведующему отделением реанимации, — Максима Куценко — указано, что сейчас нет нормативных правовых актов, которые бы регулировали посещение родственников отделения реанимации. Письмо Минздрава, на которое она ссылается, «носит рекомендательный характер». А федеральный закон предполагает, что интересы других пациентов отделения должны учитываться, и врач вправе на этом основании не пускать родственников.

С 29 июня 2018 года в Москве действует приказ столичного департамента здравоохранения, обеспечивающий круглосуточный допуск родственников в отделения реанимации. Тем не менее, в письме за подписью Куценко говорится, что время посещения отделений по-прежнему ограничено и определяется приказами главврачей (в ГКБ им. Плетнева такие посещения сильно ограничены).

Ольга Подоплелова планирует до конца сентября обжаловать решение суда в Московском городском суде. «Если он откажет, я пойду дальше, — говорит Подоплелова. — Для меня это принципиальный вопрос. Есть люди, которые находятся в такой ситуации сейчас. Они должны знать, что они не одни, у них должна быть надежда, что это исправится, и я должна довести этот процесс до конца».

Общество

Сотрудник Тугнуйского разреза получил звание Герой Труда Российской Федерации

Президент РФ своим указом присвоил звание Герой Труда Российской Федерации Алексею Халмакшинову, сотруднику Тугнуйского разреза,…

Общество

Командование поддержало бойца, разрешив обвенчаться с девушкой-волонтером между боями

Командир батальона в зоне СВО засвидетельствовал бракосочетание одного из бойцов и девушки-волонтера. Своей историей любви,…

Технологии

Адаптивность в центре внимания: в Сколково пройдет первая в России конференция по адаптивному интеллекту

23 марта в технопарке «Сколково» пройдет первая в России и странах СНГ конференция по адаптивному…