ЕСПЧ коммуницировал жалобу второго осужденного по делу об убийстве Немцова

Европейский суд по правам человека задал российским властям вопросы по жалобе Темирлана Эскерханова – одного из осужденных по делу об убийстве Бориса Немцова в 2015 году. Эскерханов сообщал, что во время и после задержания подвергся пыткам со стороны сотрудников сразу нескольких силовых ведомств, однако Следственный комитет не стал надлежащим образом проверять это заявление.

Напомним, по версии Эскерханова, который обратился за юридической помощью в московское отделение Комитета против пыток в 2015 году, во время его задержания в Москве 7 марта 2015 года неустановленные люди в форме без опознавательных знаков и в гражданской одежде избили его, угрожали физической расправой и направляли на него пистолет. При этом они задавали ему вопросы об убийстве Бориса Немцова.

По словам Эскерханова, он провел более часа на полу в позе «вниз головой» в нижнем белье, его руки были стянуты за спиной наручникам. Впоследствии его доставили в Главное управление Следственного комитета России, при этом в дороге Эскерханова тоже били и выдирали ему волосы, а издевательства снимали на камеры мобильных телефонов.

В следующий раз, как рассказал Эскерханов, его избили уже в Следственном комитете: поставили лицом к стене и начали избивать по внутренним сторонам бедер, при этом ему угрожали изнасилованием и физической расправой. Впоследствии Эскерханова взяли под стражу и направили в изолятор временного содержания, где, как он утверждает, ему так и не удалось добиться от врачей фиксации его телесных повреждений, зато доставившие его сотрудники присутствовали при досмотре и снимали его обнаженным на мобильные телефоны.

8 марта 2015 года Эскерханов был доставлен в Басманный районный суд Москвы. Он утверждает, что во время транспортировки в здание суда и обратно он подвергся физическому насилию со стороны конвоиров. Они несколько раз ударили его кулакам в живот, а также нанесли несколько ударов автоматом по ребрам за то, что тот не хотел отвечать на их вопросы. Затем один из конвоиров взял у другого конвоира зажигалку, поднес к лицу заявителя и поджег ему бороду, после чего несколько раз провел по бороде ладонью, потушив ее. Также конвоиры оскорбляли заявителя нецензурными выражениями, угрожали физической расправой.

Начав общественное расследование, правозащитники моментально столкнулись с трудностями и фактическим нежеланием официального следствия проводить проверку по заявлению Эскерханова на жестокое обращение со стороны сотрудников правоохранительных органов.

«Старший следователь по особо важным делам Главного следственного управления СК РФ полковник юстиции Алексей Стадников за один месяц закончил проверку сообщения о преступлении и вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, – вспоминает юрист Комитета против пыток Сергей Бабинец. – Когда мы ознакомились с ее материалами, выяснилось, что следователь проигнорировал слова Эскерханова о том, что над ним издевались в Басманном районном суде, Стадников не установил и не опросил конвоиров, не назначил судебно-медицинскую экспертизу Эскерханову, не провел осмотр места происшествия, не изъял записи с камер наблюдения в суде, не установил и не опросил сотрудников ФСБ, которые задерживали Эскерханова».

Этот отказ в возбуждении уголовного дела неоднократно обжаловался и вышестоящему руководству следователя Стадникова, и в суд. Юристы Комитета против пыток вместе с адвокатами Ольгой Голуб и Розой Магомедовой прошли все инстанции и в итоге подали жалобу в Верховный суд России, однако добиться отмены «отказного» постановления не удалось.

В июне 2016 года правозащитники и адвокаты обратились в Европейский суд по правам человека с жалобой в интересах Темирлана Эскерханова. В июле 2020 года эта жалоба была коммуницирована. Суд задал российским властям следующие вопросы:

– что касается событий 7 и 8 марта 2015 года, был ли заявитель подвергнут пыткам, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению во время содержания под стражей в нарушение статьи 3 Конвенции? Что касается процессуальной защиты от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, то было ли расследование, проведенное национальными властями в настоящем случае, совместимо с требованиями, изложенными в статье 3 Конвенции (Правительству поручено представить все материалы, относящиеся к событиям в период с 7 по 8 марта 2015 года)?

– соответствовали ли условия содержания заявителя под стражей в здании суда, его транспортировки в здание суда и обратно статье 3 Конвенции?

– были ли условия перевозки заявителя после вынесения приговора с 16 по 28 апреля 2018 года и с 2 по 25 апреля 2019 года совместимы со статьей 3 Конвенции?

– имел ли заявитель в своем распоряжении эффективное внутреннее средство правовой защиты в связи с его жалобой на жестокое обращение, как того требует статья 13 Конвенции?

– имел ли заявитель справедливое судебное разбирательство соглсно пп. 1 и 3 b) и с) статьи 6 Конвенции? В частности, что касается содержания заявителя в стеклянной кабине и металлической клетке во время судебного заседания в суде I инстанции и апелляционной инстанции, было ли заявителю предоставлено достаточное время и возможность для подготовки своей защиты и поддержания конфиденциальной связи со своим адвокатом?

Напомним, Европейский суд коммуницировал жалобу и другого фигуранта дела об убийстве Бориса Немцова Заура Дадаева.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *