Жизнь и свобода Алексея Навального нужны миллионам россиян

20 апреля 2021
Пресс-обзор

Властям стоило бы помнить уроки истории – например, революции 1917 года

Много лет назад, когда я учился в школе, нам объясняли, что революция — это было очень хорошее дело. Что царское правительство всё делало неправильно, а революционеры были герои и молодцы. Их выгоняли из университетов, ссылали в Сибирь, сажали в тюрьмы, осуждали на каторгу, вешали и расстреливали, а они не сдавались, боролись с режимом и в итоге победили. В трагедиях гражданской войны тоже были виноваты те, кто защищал прежний порядок.

Прошло время, и стало возможно читать книги и статьи, обсуждать историю и делать не только те выводы, которые были прописаны в школьных учебниках. Оказалось, что жертвы — это не только казненные царем или убитые в ходе гражданской войны граждане. Оказалось, что революция — это трагедия даже для тех, кто видит в ней необходимость, а те, кто защищал порядок, имели такое же право на жизнь, как и те, кто пытался этот порядок свергнуть. Оказалось, что, когда царское правительство предупреждало граждан об опасности революций, оно правильно предупреждало.

Однако уроки истории — это не просто переименование героев в преступников и наоборот. То, что кого-то больше не считают злодеем, вовсе не означает, что он действовал правильно или что он не несет ответственности. Царское правительство, от императора и его семьи до министров и генералов полиции, виновно — наряду с революционерами — в том, что потеряло страну и допустило неслыханную в истории трагедию. (По-хорошему, гражданская война, начавшаяся со свержения царя, войны, закончилась только с началом Второй мировой войной, а, может, и вовсе в 1953 году.) Безответственная нечувствительность к запросам граждан, неоправданная жестокость, бездарные внешние авантюры, всепоглощающий разврат и показное высокомерие — это всё внесло не меньший вклад в подготовку революции, чем самодельные бомбы народовольцев, теракты эсеров и пламенные прокламации большевиков.

Параллель с сегодняшним днем очевидна. Нечувствительность к запросам граждан? Сегодня это рассматривается как доблесть! Неоправданная жестокость? В чьих-то обезумевших мозгах жестокости мало, а надо больше! Внешние авантюры? Есть, галочка. Разврат и коррупция? Еще галочка. Вместо показного высокомерия царских министров — откровенное гопничество. Спросите в Министерстве иностранных дел, которое, казалось бы, по смыслу должно было бы подавать пример вежливости и профессионализма.

В истории с Алексеем Навальным все эти ошибки — как в капле воды. Объявить лидера российской оппозиции экстремистом, террористом и шпионом зарубежных спецслужб — очень комфортно для внутреннего употребления. Позволяет не чувствовать вины за применение особых мер. Но это то же самое, что делали царские министры, обвиняя революционеров в том, что они работают на врага. Показная жестокость? Навального убивают на глазах всего мира, и кому-то кажется, что это решает проблемы. Точно так же царское правительство вешало не только террористов, но и тех, кто только говорил о революции, — и имена казненных революционеров до сих пор не забыты. Наоборот, на протяжении десятилетий эти имена оправдывали и теракты, и казни новой власти, и зверства гражданской войны.

То, что спасение от смерти и освобождение Навального нужно миллионам россиян, которые его поддерживают, это все понимают. Но — вдумайтесь, вслушайтесь в российскую историю — его жизнь и свобода нужны самим консервативным охранителям не меньше. Смерть — показательное убийство Навального, конечно, запугает кого-то из лидеров оппозиции и какой-то процент граждан. Даст какую-то передышку тем, кто охраняет власть. Но цена этого — ростки ненависти и жестокости, которые останутся на десятилетия. Уже сейчас политические репрессии несовместимы с экономическим ростом и развитием. А если их усилить — можно вызвать экономическую катастрофу. И эта катастрофа будет рукотворной, которой вполне можно и нужно избежать.

Я лично надеюсь на то, что многие в российском политическом руководстве это понимают. Не нужно быть сторонником Навального, чтобы сказать — можно своему начальнику, но можно и вслух, — что убийство политических оппозиционеров — это плохо, что арест редакции студенческой газеты — это плохо, что избиение мирных граждан на митингах — это плохо. Плохо не для оппозиции, газеты и граждан, а для России плохо, для мира и стабильности. Какие миллионы, какие профессиональные достижения могут компенсировать мысль, пусть через много лет, — «я был в правительстве в тот год, когда мы убили Навального и погубили страну»?

Константин Сонин, профессор Чикагского университета и Высшей школы экономики

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции VTimes.