Юристу удалось добиться в ЕСПЧ 17-кратного увеличения компенсации за дефекты расследования убийства

Европейский Суд указал, что присужденная российскими судами компенсация морального вреда не учитывала неэффективность расследования, которое 13 раз приостанавливалось и претерпело смену шести следователей

Представитель заявительницы в Европейском суде Ольга Садовская в комментарии «АГ» отметила, что ЕСПЧ подчеркнул несостоятельность компенсаций, выплачиваемых за смерть человека по решению российских судов: она составляет 9% от справедливой суммы, присуждаемой в странах Совета Европы.

26 марта ЕСПЧ вынес Постановление по делу «Аношина против России» по жалобе заявительницы на неэффективное расследование убийства ее брата в вытрезвителе милиционером.

Как российские суды оценили «стоимость жизни» убитого

В июле 2002 г. Александр Аношин был убит милиционером М. в медвытрезвителе Советского РУВД г. Нижнего Новгорода. Убийство произошло при следующих обстоятельствах: вечером нетрезвого гражданина задержал патруль и сопроводил в вытрезвитель. Проспавшись, тот стал проситься домой. В ответ М. избил его, а затем задушил на глазах у коллеги.

По факту смерти Александра Аношина было возбуждено уголовное дело, которое расследовалось четыре года шестью разными следователями. Были проведены осмотр места происшествия, допросы свидетелей, судебные медицинские экспертизы и следственный эксперимент. В ходе допросов сотрудники вытрезвителя путались в показаниях: сначала утверждали о болезненном состоянии убитого, а потом уверяли следствие, что видели его с простыней в руках, твердо намеревающегося повеситься. Заключения судмедэкспертиз опровергли их показания, свидетельствуя о насильственном характере смерти и причастности к ней сотрудников ОВД. Тем не менее следствие по делу приостанавливалось 13 раз из-за невозможности установить подозреваемого.

В марте 2006 г. М. был допрошен в качестве подозреваемого, 5 месяцев спустя уголовное дело в отношении него было передано в суд, который признал его виновным в убийстве и злоупотреблении должностными обязанностями. При вынесении приговора суд учел показания бывших сослуживцев М., которые прямо обвинили его в убийстве Аношина, а один признался, что история с самоубийством была выдумана с поощрения руководства РУВД.

В итоге суд приговорил М. к 14 годам лишения свободы. Обвинения в халатности в отношении двух других милиционеров были сняты в связи с истечением срока давности. Апелляционная инстанция оставила приговор в силе.

Впоследствии родственники погибшего (сестра и четверо его детей) обратились в суд с иском о компенсации морального вреда на сумму 15 млн руб., однако решением суда, поддержанным апелляцией, каждому из истцов было присуждено по 150 тыс. руб.

Доводы жалобы в ЕСПЧ

Не согласившись с решениями судов, Елена Аношина обратилась в ЕСПЧ. В жалобе она указала на нарушения ст. 2 (право на жизнь), 3 (запрет пыток) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Заявительница указала на слишком медленное расследование убийства ее брата, недостаточное информирование родственников о результатах следствия и свои нравственные страдания, связанные с поиском справедливости. Причиненный ей моральный вред женщина оценила в 40 тыс. евро.

В своих возражениях на жалобу Правительство РФ признало факт нарушения права брата заявительницы на жизнь. Представитель правительства подчеркнул, что преступник был приговорен к уголовному наказанию и выплате компенсации морального вреда потерпевшим. Все это, по версии государства-ответчика, свидетельствовало об исчерпании инцидента, утрате заявительницей статуса жертвы и надлежащем выполнении государством своих обязанностей. Кроме того, правительство отметило чрезмерность заявленной суммы морального вреда.

Заявительница в свою очередь утверждала, что двое из троих преступников избежали уголовной ответственности в связи с затягиванием расследования до истечения сроков давности преступления. При этом, полагала она, российские суды выплатили ей компенсацию только за смерть брата, а не за ее нравственные страдания.

ЕСПЧ увеличил компенсацию до 36,6 тыс. евро из-за дефектов следствия

Изучив материалы дела, Европейский Суд выразил удовлетворение приговором в отношении преступника, получившего почти максимальный срок лишения свободы. ЕСПЧ пояснил, что, несмотря на то что двоим фигурантам дела удалось избежать ответственности, их роль в совершении преступления не была ведущей.

При этом Суд выявил, что компенсация морального вреда, присужденная национальными судами заявительнице, не учитывала несомненные дефекты расследования дела, которое не только приостанавалось 13 раз, но и претерпело смену нескольких следователей. Несмотря на совокупность факторов (преступление произошло в закрытом помещении правоохранительного органа, круг подозреваемых был ограничен, результаты судмедэкспертизы опровергли показания милиционеров), главного преступника допросили в качестве подозреваемого лишь в марте 2006 г., хотя следствие могло выявить виновных на основе данных журнала учета дежурств.

Кроме того, Суд подчеркнул, что вопреки признаниям двух соучастников преступления о ложных показаниях, данных с поощрения руководства РУВД, никто не понес уголовной ответственности.

Исходя из этого, ЕСПЧ признал нарушение ст. 2 Конвенции в связи с неэффективным расследованием убийства брата заявительницы и присудил ей компенсацию морального вреда в размере 36,6 тыс. евро. При этом доводы о нарушении ст. 3 Конвенции из-за отсутствия в деле особых обстоятельств, свидетельствующих о нравственных страданиях заявительницы в связи с нарушением указанной статьи, были отклонены.

Комментарий представителя заявительницы

Юрист Нижегородского отделения МРОО «Комитет против пыток» Ольга Садовская, представлявшая интересы заявительницы в Европейском Суде, согласилась с его выводами и размером присужденной компенсации. «Размер назначенной компенсации соответствует стандартно назначаемым в таких делах суммам, – пояснила она. – Обычно за нарушение ст. 2 Конвенции стандартной является компенсация в 40 тыс. евро, но в данном деле она была уменьшена на суммы, уже полученные заявительницей в результате разбирательства в национальных судах, которые были слишком малы, чтобы говорить о полном восстановлении права сестры убитого».

По мнению Ольги Садовской, суммы назначаемых российскими судами жертвам преступлений (это относится не только к пыткам) компенсаций «настолько мизерны, что сами по себе являются не просто недостаточными, а оскорбительными».

Юрист полагает, что постановление ЕСПЧ позитивно повлияет на отечественную правоприменительную практику как минимум в двух аспектах. «Во-первых, сейчас обсуждается вопрос о возврате вытрезвителей и их возможной подведомственности. Хотя данное дело вроде бы изначально и не говорит в их пользу (человек был убит именно в вытрезвителе), но мы видим, что его убил сотрудник милиции, а не медработник. Наша позиция заключается в том, что люди в состоянии алкогольного или наркотического опьянения нуждаются в медицинской помощи, организованной медперсоналом», – отметила Ольга Садовская.

Во-вторых, добавила она, ЕСПЧ подчеркнул несостоятельность компенсаций, выплачиваемых по решению российских судов. «Таких прецедентов немного, так как обычно заявители в ЕСПЧ на национальном уровне никаких компенсаций не получают. В этом же деле нам удалось добиться решений по искам о возмещении морального вреда в национальных судах, а затем и постановления ЕСПЧ, который наглядно показал справедливый размер компенсации за смерть человека на территории стран Совета Европы (в России она составляет 9% от справедливой суммы)», – резюмировала юрист.

Зинаида Павлова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *