Взяты с наличными

Максим Кваша — о том, почему ограничения на кэш неизбежны

Российские власти в очередной раз задумались о том, чтобы ограничить хождение наличных. В частности, запретить расчеты ими при крупных покупках — недвижимости, автомобилей, предметов роскоши. А также обязать выплачивать зарплату только на банковские карты. Не исключено, что будут и другие меры. Например, в 2016 году налоговики предлагали организовать в России лотерею по кассовым чекам.

А я бы предложил организовать среди наших читателей конкурс — посчитать, сколько раз за последние годы эта идея всплывала, а затем куда-то растворялась. Я давно сбился со счета, зато обнаружил в личном архиве служебную записку, из пакета аналитики, который в позапрошлой жизни, весной 1998 года готовил для свеженазначенного премьер-министра Сергея Кириенко. Речь в ней шла о … «стимулировании безналичных расчетов», упоминался и тайваньский опыт лотерей по чекам.

Удивительно, пожалуй, не то, что идея не получала хода, а что к ней раз за разом возвращались российские чиновники. Потому что это как «пчелы против меда»: государство против налога. Только в этом случае, не формального, а инфляционного. Описанного к слову, в любых учебниках экономики. Скажем, при инфляции в 12% в год подержал месяц сто рублей в кошельке — считай, что с рублем расстался. И никаких затрат на администрирование.

Осталось применить принцип «кому выгодно» — и станет понятно, что шансов на ограничение хождение наличных в России до недавнего времени практически не было. А теперь, когда инфляция вплотную приблизилась к 4% в год, наоборот, навалом.

После того как инфляционный налог сжался, объявленная цель — борьба с теневой экономикой — достаточно логично вписывается в вырисовывающиеся контуры новой экономической политики. Тем более что эпоха дорогой нефти закончилась, источники других рентных доходов тоже почти исчерпаны, логично было бы обратить внимание на последний значимый фискальный ресурс.

Есть и еще один интересант — банковская система. До последнего времени она (равно как и наиболее обеспеченная прослойка граждан) успешно перераспределяла часть инфляционного налога в свою пользу. Чем ближе ты к источнику эмиссии и чем лучше ты понимаешь суть происходящего в финансовой системе, тем проще тебе защититься от инфляции или даже обратить ее в свою пользу.

Теперь же есть риск потерять не только этот источник дохода, но и часть других. Например, видимо, во всем мире, а не только в России не оправдываются надежды на опережающий рост непроцентных доходов банков. Новые финансовые технологии породили такую конкуренцию, что когда-то довольно дорогие услуги (те же переводы) стали практически бесплатными.

А теперь еще и карта «Мир», без которой и банки, и граждане вполне могли бы обойтись. Если бы не политическая воля и известные обстоятельства. Когда эта затея принесет банкам прибыль, если вообще принесет — неизвестно. А затраты-то на ее внедрение — уже сейчас.

Не говоря уже о том, что важный источник непроцентного дохода с чисто российской спецификой — комиссию за обналичку — банковская система (в несколько расширенном, разумеется, понимании) теряет стремительно. Ведомство Эльвиры Набиуллиной настойчиво обеляет банковскую систему.

Так что будь я банковским лоббистом, поддерживал бы ограничения на оборот наличных изо всех сил.

А вот борьбе с теневой экономикой это вряд ли поможет. Доходы ее традиционной части — самозанятых, домработниц, кустарей с мотором и без него, а также прочих разных обитателей гаражей и подвалов, как правило, настолько невелики, что ни под какой разумный радар не попадут. Если уж бороться с ней, то ближе к тому, что делает ЦБ, уничтожая механизмы появления безналогового кэша. Или ФНС, вычисляя и изничтожая цепочки хищения НДС из бюджета, питательной среды для обналички.

С точки зрения законопослушного налогоплательщика, идея насильственным образом ограничить оборот наличных — тоже сомнительна. Государство и так уже слишком назойливо во внимании к тому, как именно мы распоряжаемся своими деньгами. Как бы вместо притока денег в банки мы не получили обратный эффект.

Ну и напоследок, то ли прогноз, то ли гипотеза. Один из главных принципов работы бюрократической машины: любое расширение регулирования провоцирует его новое расширение. Здесь будет то же самое. Как только (то есть буквально завтра) станет понятно, что техническая возможность прослеживать путь любой банкноты уже есть (не зря же на них номера проставлены), регистрация каждой трансакции станет обязательной. У вас ведь уже припасен мешочек с монетками?

Максим Кваша

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.