Мой отец — Юрий Ефимович Ициксон, как журналист начинал свою карьеру в Витебске , в газете «Витебский рабочий». Был призван в армию именно как журналист, в звании старшего лейтенанта, к строевой оказался негоден. Прошел войну с лейкой и блокнотом в составе Второго Белорусского фронта. Всё время находился на передовой. В одном из боев убили командира, во главе отряда, как старший по званию, встал Юрий Ициксон, был тяжело ранен. В госпитале три недели пролежал в коме… Все были убеждены — не выживет. Сработал «испорченный телефон», в дивизионной газете вышел некролог — погиб замечательный журналист-офицер, выполняя задание… Когда папа всё же вышел из комы,» канонада» прозвучала в здании,где базировалась газета. Редактор был классным мужиком,но страшным матерщинником, у которого мат служил для связи слов в предложении… 
🙂 Рассказывали папины друзья-однополчане, что голос редактора разносился окрест, мол, такого парня мне похоронили раньше времени, трам-пам-пам, да я вас всех под трибунал… Ну и так далее! Памятью о том бое, о войне были два небольших осколка в голове, которые Ициксон носил до конца своих дней.
После лечения в госпитале, он отправился в Москву,где Всесоюзный староста Михаил Калинин вручил ему медаль «За Отвагу» в Кремле(среди прочих орденов и медалей — это была самая дорогая награда) Здесь же , в столице ему дали направление к лучшим нейрохирургам, чтобы решить вопрос об операции… Вердикт был неутешительный: или умрёт на столе, или останется слепым… Папа от операции отказался, решил: будь , что будет. Конечно, был демобилизован, но продолжал заниматься профессией. После недолго пребывания в Архангельске, его направили в Туркменистан на укрепление кадров в 1946 году. Трудно сейчас представить периферийный, послевоенный Ташауз(ныне Дашховуз) , условия для жизни более, чем скромные. Была уже сестра Ирина, которая родилась во время войны в Вологде, а в Ташаузе появились на свет сестра Светлана и я. Пережить пришлось многое… В два года Ира заболевает полиомиелитом. И,наверное, всё бы обошлось, но укол ей взялась делать не опытная медсестра, как положено, а врач… попала в нерв.Нога перестала сгибаться… Было расследование. Оказалось, что таким образом врачиха сознательно искалечила 15 детей. Ей дали четверть века тюремного заключения, без права на помилование… И только уже в 15-летнем возрасте папа отвез её в Ленинград, где Иру прооперировали в знаменитом НИИ имени Турнера, сделали всё, что могли замечательные врачи, профессор Ляндрес — спасли ногу!
Когда всё это случилось в Ташаузе, к всеобщему несчастью, у папы начались эпилептические припадки — осколки пришли в движение… Ночь -за полночь идет работа над номером газеты. Папа,будучи редактором, читает полосы, Конечно, его никто не беспокоит: дежурный, корректоры — все ждут… Время затягивается. Кто-то из корректуры заглядывает в кабинет и видит, что у папы припадок… Привозили домой окровавленного, никакого… А потом как-то съездили всей семьёй в отпуск в Выборг к старшему маминому брату Николаю. Они очень дружны были с папой. Ходили на рыбалку, в лес по грибы,»хулиганили»,пели «неприличные» песни… И чудо свершилось — приступы прекратились… Уже потом нейрохирурги, у которых он побывал на консультации,объяснили, осколки капсулизировались, покрылись оболочкой, перестали угрожать мозгу, прекратили движение… Но потеря зрения левого глаза так и осталась 35-процентной… Я часто задавала себе вопрос, как моя мама — замечательная Мария Михайловна вынесла всё это? И пусть это прозвучит несколько патетически, но действительно Любовь творит чудеса! Они были с папой редкой, удивительной парой, оставались преданными и любящими друг друга до последних дней…
..Недавно с сестрой Ирой мы вспомнили продолжение этой истории. У папы было два фронтовых друга — Михаил Ляховский и Владимир Храпунович,оба журналисты. После войны семья Ляховских оказалась в Ташкенте, наша — в Туркменистане, а Храпуновичи — в подмосковном Томилино. Прошли годы. Приезжает как-то дядя Миша в московские края, сидят за столом с дядей Володей , вспоминают годы молодые. И вдруг Храпунович говорит: — Миша, а помнишь, какой был отличный парень Юрка Ициксон, светлая память… Михаил Львович ему в ответ:- А почему светлая память? Жив наш Юрка, он — в Туркмении , семья, три дочки,признан одним из лучших журналистов в республике. Они нашли друг друга, встретились в Москве,познакомили нас — детей. Сейчас Рена Афанасьева(Храпунович) живёт в Москве,училась в Литературном институте, она- вдова известного ученого-физика Александра Афанасева. Родителей уже нет — светлая память,но мы связей не теряем… К выпускному вечеру,по окончанию одиннадцатого класса, я получила из Москвы,от Храпуновичей поистине королевский подарок — воздушное белое платье, в котором чувствовала себя Золушкой на балу… Ездили и к Ляховским в Ташкент, когда они жили в центре, в доме напротив Курантов! А уже когда я сдавала вступительные на журфак нашего ТашГУ, мы останавливались с папой у Ляховских, которые переселились на Чиланзар. Встреча оказалась счастливой — я поступила в университет и встретила всех своих друзей! Спасибо,Ташкент! Вот такая история.
