«Волосы дыбом»: как Путин провел встречу с правозащитниками

На встрече с Путиным члены СПЧ жаловались на ФСИН, новый состав ОНК и Общественную палату и просили поправить закон об иноагентах, защитив Левада-центр и «Мемориал». Президент пообещал отработать просьбы «по максимуму»

Спор об иноагентах

В четверг, 8 декабря, президент Владимир Путин встретился с членами Совета по правам человека (СПЧ). Такие встречи глава государства по традиции проводит раз в год. По той же традиции открывает встречи председатель совета Михаил Федотов — в этот раз он пожаловался на Минюст, правда, не назвав ведомство вслух.

Глава СПЧ напомнил, что год назад президент давал поручение уточнить понятие «политическая деятельность» в законе об НКО — иностранных агентах. Согласно закону если НКО получает иностранное финансирование и при этом занимается политической деятельностью, то ее признают «иностранным агентом» и включают в соответствующий реестр Минюста. После жалоб правозащитников на обтекаемое определение «политической деятельности» в Кремле под руководством в то время первого замглавы администрации президента Вячеслава Володина была создана рабочая группа для решения проблем с законом. Но в результате в Госдуму были внесены поправки, подготовленные Минюстом, а не СПЧ. Правозащитники остались недовольны уточненным понятием «политической деятельности».

Поручение Путина было «выполнено исключительно формально», резюмировал Федотов.Он привел в пример ситуацию с фондом «Династия» Дмитрия Зимина, который с зарубежного счета спонсировал фонд «Либеральная миссия» экономиста Евгения Ясина. В результате Минюст включил обе организации в реестр иноагентов. Когда же «Либеральная миссия» вернула полученные средства, ее из реестра исключили, а фонд «Династия» — нет.

Похожая ситуация с НКО «Экологическая вахта по Северному Кавказу». Глава организации, рассказывал президенту Федотов, участвовал в согласованном митинге против вырубки деревьев на улицах Краснодара, и после этого НКО включили в реестр иноагентов. «А все потому, что проще и дешевле включить экологическую НКО в реестр, чем решать поднятые ей проблемы», — рассудил председатель СПЧ. Он попросил Путина поручить спецпредставителю президента по вопросам природоохранной деятельности Сергею Иванову «почистить» реестр совместно с Минюстом. «Это будет хорошим вкладом в год экологии (он будет проходить в 2017 году)», — подсказал Федотов.

Путин уверил, что уже поручил первому замглавы администрации Сергею Кириенко «еще раз посмотреть» на закон об иноагентах.

Евгений Ясин продолжил тему иноагентов, раскритиковав включение в реестр Левада-центра и международного «Мемориала» на основании «сомнительных документов». «Да, есть проблема», — лаконично ответил на это президент.

ВЦИОМ делает то же самое, что и Левада-центр, «деньги получают из иностранных источников, но один иностранный агент, а другой — нет», заметила ответственный секретарь Правозащитного совета Санкт-Петербурга Наталия Евдокимова. Она подчеркнула, что это замечание об избирательном применении закона, а не жалоба на ВЦИОМ.

Привела правозащитница и другие некорректные, по ее мнению, примеры включения НКО в реестр, например, пяти организаций, которые борются со СПИДом: «Это абсурдные вещи, люди не занимаются политической деятельностью, но их вписывают в реестр».

«Если организация признана иностранным агентом, значит, она занимается политикой на иностранные деньги», — без какого-либо сомнения в голосе ответил президент. По его словам, некоторое время назад он «откровенно беседовал с одним из своих коллег», которого упрекнул во вмешательстве в российскую общественно-политическую жизнь. «А он говорит: это не мы, это наши неправительственные организации. Я сказал: да? Но вы же им платите и инструкции пишете. Я их иногда читаю в подлинниках», — с удовольствием поделился воспоминаниями Путин, добавив, что в некоторых странах СНГ полное засилье НКО, которые получают средства из-за рубежа.

«Мы не можем допустить такого у себя в России», — предупредил глава государства, но оговорился, что «эти попытки руководить нами изнутри не должны побуждать нас действовать нелогично, сводить к нулю общественный контроль». Соответственно, надо посмотреть как на практику правоприменения закона об НКО — иностранных агентах, так и на сам закон, сказал президент.

«То, что сделано Минюстом (уточнение ведомством понятия «политической деятельности»), — это извращение того, что вы говорили на прошлых заседаниях», — сказала президенту член СПЧ Мара Полякова. Она предложила создать рабочую группу по изучению критериев, на основании которых НКО попадают в реестр, чтобы в него не попадали все подряд. Правозащитница отметила бедственное положение НКО, которые лишились иностранного финансирования, но не нашли новых источников средств к существованию.

У президента слова правозащитницы сочувствия не вызвали. «Деньги пусть не получают из-за границы, тогда и думать не придется», — отрезал он. Полякова пояснила, что НКО надо как-то выживать — за ту же аренду помещений платить. «Будем расширять возможности внутреннего финансирования и закон будем совершенствовать», — пообещал Путин.

Ранее, в понедельник, на встрече Сергея Кириенко с членами СПЧ  также обсуждалось включение в реестр иностранных агентов Левада-центра и «Мемориала». Кремлевский чиновник заявил, что закон нельзя отменить, но можно усовершенствовать.

«Волосы дыбом встают»

Далее правозащитники обсудили скандал вокруг Общественных наблюдательных комиссий (ОНК). Общественная палата (ОП), отвечающая за формирование ОНК, в октябре не включила в состав комиссий ряд известных правозащитников, среди которых были Анна Каретникова и Андрей Бабушкин. Зато членом московской ОНК стал Дмитрий Комнов, бывший начальник Бутырского СИЗО.

Глава Московской Хельсинкской группы (МХГ) Людмила Алексеева пожаловалась президенту на ОП, которая в нарушение регламента в закрытом режиме утверждала состав ОНК. «Это демонстративное пренебрежение законом», — возмутилась Алексеева. По ее словам, ОП не является правозащитным органом и не должна заниматься утверждением состава ОНК.

Алексеева попросила включить правозащитников в состав ОНК как можно быстрее, для чего нужно дать указания секретарю ОП Александру Бречалову встретиться с Сергеем Кириенко, уполномоченным по правам человека Татьяной Москальковой и главой СПЧ Михаилом Федотовым.

Путин пообещал устроить такую встречу и заверил, что сам стремится к тому, чтобы члены ОНК смотрели за тем, что происходит в пенитенциарной системе.

Глава Комитета по противодействию пыткам Игорь Каляпин рассказал про заблуждение, согласно которому заключенным есть куда обратиться по фактам пыток. «Пытки применяются в местах лишения свободы достаточно часто и достаточно часто остаются безнаказанными. Это говорит о том, что некие общественные организации в местах лишения свободы просто необходимы», — посетовал Каляпин.

По его словам, иногда полномочия ОНК отменяются «непонятными указаниями ФСИН»: членам ОНК запрещают фотографировать и использовать диктофон в колониях. При этом правозащитников отказываются знакомить с указаниями ФСИН, ссылаясь на то, что они для служебного пользования, негодовал Каляпин. В качестве примера он привел поездку членов СПЧ в ИК-7 в Сегеже, где сидел Ильдар Дадин, пожаловавшийся на пытки и избиения со стороны администрации. Правозащитникам не предоставили документы по его выдворению в ШИЗО, сославшись на «дээспэшное указание из Москвы».

Каляпин попросил президента дать поручение Минюсту провести инвентаризацию указов ФСИН.

Путин ответил, что такое поручение будет дано прокуратуре. После этих слов глава государства продемонстрировал бумагу с решением одного из судов. «Здесь сказано, что такой-то гражданин совершил преступление путем написания заявления в Липецкую областную прокуратуру. Что это? У меня просто волосы дыбом встают», — изумился президент.

Встреча с СПЧ длилась более трех часов, и в финале глава государства сообщил, что не услышал ни одного выступления, которое бы вызвало у него отторжение. В связи с этим просьбы правозащитников будут отработаны по максимуму, пообещал Путин.

Наталья Галимова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *