В ожидании диагноза

Что поведал Соловьеву рабочий БелАЗа?

Случилось то, что рано или поздно должно было случиться. Попытка Владимира Соловьева взять интервью у Анатолия, рабочего Белорусского автомобильного завода, закончилась триумфально. «Ну, рассказывайте, как у вас дела, как забастовка?», — снисходительно-барственным тоном спросил мэтр. «Сейчас расскажу», — пообещал Анатолий, снял трусы и показал мэтру член. Соловьев оценил красоту жеста.

По пути заводского парня сейчас движется вся неподцензурная медиасфера. Поросшая мхом телевизионная архаика с каждой минутой приходит в непреодолимое противоречие с реальной жизнью.

Революцию смыслов уже — на примере Беларуси — выиграл мессенджер Telegram с его мгновенной видеохроникой. То, что прежде не удавалось никому — поколебать трон Лукашенко, удалось 22-летнему Степану Путило, основателю ресурса Nextа. Из обилия свидетельств в режиме реального времени рождается если не вся правда, то путь к правде. И это новое глобальное движение тектонических плит ощутили все, кроме нашего ТВ.

Так уж сложилось в новейшей истории России, что ход вещей катастрофически ускоряется в августе. Протесты, Минск, Хабаровск, сентябрьские выборы, победоносная вакцина, непобедимый ковид — все смешалось в отечестве к концу лета. Но даже на таком щедром событийном фоне второе место после Беларуси в топе новостей неизменно занимает Михаил Ефремов. Что это за тайна такая, почему пропаганда всей своей мощью добивает уже поверженного актера?

Белорусский разлом помогает хоть частично ответить на этот вопрос.

Российское ТВ давно кормится эмоциями. Сага о Ефремове гарантирует максимум эмоций при минимуме информации.

Протестное лето 2020-го, как может, обтекает эфирную сетку, а Ефремов, напротив, украшает ее до бесконечности. Эмоции давно вытеснили информацию. Управление гневом — главная политическая задача ТВ. К ней подключены не только Скабеевы и Малаховы, но и новостное вещание.

Белорусские события тоже погружены в эмоции. Но ведь им предшествуют свидетельства, океан живых документов, а никак не наоборот. Пропаганда не любит, не умеет, не хочет работать с документами. А зачем? Проще вывести в студию нечто вроде древнегреческого хора, который поможет демиургу-ведущему, как во времена Эсхила, и суть проявить, и моральные оценки раздать, и глас народа изобразить. Эмоции менее затратны и более эффективны. С их помощью можно и протесты не анализировать, и Конституцию менять, и скороспелую вакцину провозгласить событием космической важности.

Парадокс пропаганды: сегодня информация возможна в основном в форме доноса.

Ярчайшее подтверждение этой мысли — опять же случай Ефремова. Любое подобие документа, будь то даже синхрон или прямые включения, скорее похожи на донос, чем на достоверную информацию. События последнего времени, связанные с госпитализацией актера прямо из зала суда, включены в первоочередную повестку дня. «Не переключайтесь, — зазывно улыбается ведущая «Вестей». — Сразу после рекламы вы узнаете диагноз Ефремова». Вектор обсуждения один: актер действительно болен или притворяется? Он все еще в реанимации Боткинской или уже нет? Суду уже известен диагноз или как? «Инсульт», — провозглашает один канал. Страна облегченно вздохнула. «Нет, это может быть стеноз сосудов на почве алкоголизма», — настаивает другой. Страна насупилась.

Отдельный вставной номер исполняет неизбежный адвокат Эльман Пашаев. В окружении телекамер он бьет тревогу: мой подзащитный исчез, в Боткинской нет пациента с такой фамилией. Пока Пашаев тщетно ищет подзащитного, тот обнаруживается дома. У ТВ новая головная боль.

Раз подсудимый уже дома, то придет ли он на суд 18 августа или не придет? И вообще, был инсульт или нет? — снова волнуется страна.

Заканчивая колонку, привычно тянусь к пульту телевизора. Хор в студиях двух главных каналов уже затянул свою заунывную песнь о Беларуси. Хористы дружно разоблачают ресурс Nextа; дружно говорят о прямом вмешательстве внешних сил; дружно видят в митинге у минского СИЗО явные признаки затухания протеста. Отечественная пропаганда вообще на редкость дружная, она не злоупотребляет разнообразием. Вторым номером идет, конечно же, Ефремов: шоу, сериал, театр одного актера.

Впрочем, о нем заговорили с утра. 18 августа явился в суд… Идет бодро… Не хромает… Сидит на заседании с книгой… Молнией распространяется анонс вечернего Малахова о Ефремове под грозным названием «Вспомнить все!». Так вроде бы ничего и не забывали.

Когда несколько дней назад болезнь подсудимого обсуждалась так горячо, будто от ее исхода зависит безопасность державы, к федеральным монстрам присоединился маленький, но гордый телеканал «360». На авансцену выдвинулся хирург Бабунашвили с исчерпывающим диагнозом: Ефремова выписали так быстро из больницы из-за того, что инсульт мог быть в легкой форме. Теперь остается ждать, устроит ли страну тяжелых форм версия легкого инсульта.

Слава Тарощина
Обозреватель «Новой»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *