Тезис про единство. Александр Рыклин – о провальном проекте

Александр Рыклин – о провальном проекте

Спустя 14 лет на тему праздника уже даже шутить тошно. Что за поляки, какой Минин? Кто из них с Пожарским князь? Ни секунды не сомневаюсь, половина граждан России вовсе не верят в эту историю. Где Польша, а где Кремль? Как поляки могли оказаться в центре Москвы? Можно сказать, в сердце нашей великой родины… Это вообще какое-то русофобское измышление.

Помнится, в ноябре 2005 года, когда новый праздник только был учрежден, я попросил одного политолога, близкого в то время к администрации президента, объяснить, зачем такой день понадобился. Тот, надо сказать, ответил довольно раздраженно: дескать, можно, конечно, глумиться над любой инициативой власти в идеологической сфере, но ясно же, что разбрасывание новых праздничных точек по календарю – важная часть госполитики в области налаживания обратной связи с населением. «Тематически выверенные праздники, – сказал тогда политолог, – отличный инструмент встраивания граждан в общегосударственную повестку. Лозунг «Народ и партия едины» не идиоты придумали». – «Возможно, не идиоты, – ответил я, – только над этим лозунгом люди смеялись во все времена». – «Ну и что? – пожал плечами мой собеседник. – На демонстрации ходили, «ура!» кричали, флагами размахивали… Этого вполне достаточно. А мало ли над чем смеялись по кухням. Перед Мавзолеем никто не смеялся. Евреи уже больше двух тысяч лет празднуют Хануку, день избавления от иностранного ига. Что плохого в том, если и у нас будет такой праздник?»

Про День народного единства никто никогда и не вспомнит: этот праздник был объявлен, но так и не родился

Очевидно, что эта самая идеологическая составляющая Дня народного единства на поверхности. Аналогия начала путинской эры с концом «смутного времени» и воцарением Романовых, принесшим на Русь «стабильность», сразу прослеживается. Мол, беды и невзгоды позади, пришел новый молодой и сильный лидер, и уж он, конечно, не допустит никаких поляков в Кремль. К тому же новый праздник удачно ложился во временные рамки – в администрации президента полагали, что пустоты на месте «всенародного праздника, годовщины Великой Октябрьской Социалистической Революции». И решили одно заместить другим. Сегодня абсолютно ясно, что из этой затеи ничего не вышло. Тезис про единство российскому обществу продавать не получается, он может вызвать разве что горькую ухмылку, потому что общество кардинально расслаивается.

Дело даже не в том, что пропасть между богатыми и бедными становится с каждым годом глубже и глубже. Сегодня всё большее число людей начинает ясно осознавать, что для них не существует способов эту пропасть преодолеть: неизбывная бедность, искусственное ограничение перспектив заложены в правила жизни. Кстати говоря, резкое омоложение уличного протеста, чему мы стали свидетелями минувшим летом, объясняется именно этим фактором. Социальный лифт для обычного молодого человека выше второго этажа не поднимается, там просто нет кнопок, не на что нажимать. Другое дело, если твой папа топ-менеджер «Газпрома», или полковник-силовик, или журналист с телеканала «Россия», или вице-губернатор. Тогда и кнопки никакие не нужны, и способности с амбициями не имеют значения – лифт сам летит вверх. Конечно, есть небольшой шанс продвинуться, что называется, «по партийной линии». Тут теоретически определенные карьерные перспективы просматриваются, но ведь далеко не все готовы двинуться по этому пути, некоторым противно. А что государство? Может быть, предпринимает какие-нибудь попытки ситуацию изменить?

В годы путинского правления разрыв между администрацией страны и подведомственным ей населением увеличивался. Во времена, которые некоторые экономисты называют «тучными», власть ещё как-то пыталась конвертировать доходы от продажи углеводородов за рубеж в рост благосостояния населения. Но, как только внешнеэкономическая конъюнктура изменилась, а ресурсная база начала сокращаться, скрывать приоритеты стало невозможно. Расходы на армию и всякую иную силовую составляющую растут, а на жизнеобеспечение («социалку», медицину, культуру, образование) сокращаются. Когда гражданское недовольство по самым разнообразным поводам стало выплескиваться на улицы, государство незамедлительно дало понять, как станет реагировать. Репрессии стали обычной практикой, и в отношении рядовых граждан, и в отношении любых организаций, пытающихся отстаивать права человека. Мы видим, каким нападкам по всей стране подвергается общество «Мемориал». Решение последних дней – вердикт Верховного суда о ликвидации движения «За права человека». О каком «единстве» тут говорить?

Ушли в небытие советские праздники, но ещё живы люди, которые о них помнят. Про День народного единства никто никогда и не вспомнит: этот праздник был объявлен, но так и не родился. В общественном сознании его не существует, что, кстати, подтверждается опросом ВЦИОМ: половина граждан страны считают, что его даже не стоит отмечать. Я подозреваю, что с Ханукой дело обстоит несколько иначе. Последние две тысячи лет…

Александр Рыклин – московский журналист

Высказанные в рубрике «Право автора» мнения могут не отражать точку зрения редакции

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *