Нынешние социологические опросы не имеют никакого отношения к отражению общественного мнения. Это скорее инструмент политической манипуляции. По крайней мере, в России это так.
В условиях нехватки плюрализма социология оказалась в жарких объятиях политики. А господствующий дискурс ненавязчиво подсказывает, что иначе и быть не может, что и в Америке, и в Европе мы не найдем ничего нового. Разве что позы другие.
Однако кардинальное отличие есть. И оно связано не только со степенью объективности, но и с целями неявного плебисцита. Джордж Гэллап говорил, что опросы нужны для того, чтобы вбрасывать разные точки зрения и устраивать нечто вроде публичной дискуссии. А это предполагает, что разные позиции существуют и их можно озвучивать разным языком.
Наверное, в каких-то боковых сюжетах власти предержащие даже сейчас могли бы пойти на честную репрезентацию. Но не хотят. Боятся, что дашь палец — откусят руку.
Показательна в этом смысле история с попыткой переименования станции «Войковская» московского метрополитена. Негласным инициатором изменения названия стала Русская православная церковь, в святцах которой значатся убитые Петром Войковым члены царской семьи. Совсем отмахнуться от мнения Церкви мэрия не может, и устроила шоу. На сайте «Активный гражданин», где в основном пасутся активные пенсионеры советской ориентации, она организовала опрос. В опросе приняли участие 304 074 пользователя проекта. 53,39% участников высказались против переименования, 34,45% — за, 7,37% — затруднились с ответом, 4,8% отдали решение вопроса на откуп специалистам.
Вроде все шито-крыто, однако портал «Православие и мир» не поленился и тщательно проверил систему голосования. Оказалось, что все не так уж гладко. Например, сторонникам переименования требовалось сделать гораздо больше шагов, чем противникам. Предложить возможные новые названия для станции и железнодорожного узла и пр.
Патриарх Кирилл на встрече с депутатами Московской городской думы тоже высказал мысль, что опрос о переименовании станции метро «Войковская» был проведен непрофессионально. «Я против сноса памятников, за взвешенный подход в деле переименования улиц и других объектов, — заметил он. — Но это не относится к тем, кто запятнал себя невинной кровью».
Пойдет ли московская власть после слов патриарха на честный социологический опрос? Пора заканчивать гражданскую войну. Хотя бы на уровне символов. Лично мне неприятно, что в Москве есть станция «Красногвардейская», а «Белогвардейской» нет. Это неуважение к памяти тех, кто погиб за историческую Россию, кто сражался против тоталитаризма, против незаконного разгона Учредительного собрания. Кому-то не нравится название «Белогвардейская»? Хорошо. Слишком много идеологии. Согласен. Давайте тогда и «Красногвардейскую» уберем.
Патриарха Кирилла часто ругают, и ругают по делу, что он подыгрывает властям предержащим. Но тогда уж давайте отмечать и его заслуги перед гражданским обществом. В первую очередь его попытки сделать церковь социально активной.
К слову, на той же встрече с депутатами Мосгордумы первоиерарх пояснил наделавшие много шума слова о «глобальной ереси человекопоклонничества»: «Я просто сказал, что если человека сделать абсолютным мерилом истины, то тогда истины не будет, потому что сколько голов, столько умов».
Патриарх не отвергает права человека в области медицины, образования, законотворчества. Просто говорит об иерархии ценностей.
К сожалению, говорит не очень удачно. И его поняли неверно. Но ведь при оценке слов о «ереси» необходимо учитывать контекст. Святейший обращается к фундаменталистам, а не к демократам. Пытается уберечь Церковь от раскола. Уверяет, что в Гаване была чисто дипломатическая встреча. Отбивается, как может.
Фундаменталисты ему все равно не верят. Вслед за священниками в раскол устремились и архиереи. Первый на этот шаг пошел украинский Банченский епископ Лонгин (Жара). Что-то будет после Всеправославного собора?
Демократическая общественность должна отчетливо понимать, что альтернатива патриарху Кириллу — лубянский епископат, владыка Тихон (Шевкунов), например. Так что не стоит усердствовать в критике патриарха. Тем более что последний шлет гражданскому обществу добрый сигнал, пускай и не очень сильный. Считать нужно честно.
Борис Колымагин
