Три выученных и невыученных урока кризиса 2008 года

14 сентября 2018
Общество

Главный урок глобального кризиса 2008 года: если не регулировать конфликты интересов в финансовом секторе, то жадность, безответственность и некомпетентность могут привести к катастрофическим последствиям

Хотя первые проблемы на рынке ипотечных кредитов начались уже в 2007 году, точкой отсчета глобального финансового кризиса принято считать день банкротства банка Lehman Brothers — 15 сентября 2008 года. С тех пор прошло десять лет. Что изменилось? Какие уроки были и не были выучены?

В первую очередь изменения коснулись финансовых рынков развитых стран — где, собственно, и начался кризис. Америка и Европа резко ужесточили банковское регулирование, повысили требования к достаточности капитала, повысили прозрачность финансового сектора. В Евросоюзе были сделаны серьезные шаги к созданию Банковского союза (в еврозоне) и даже Союза фондовых рынков. Обсуждаются и другие реформы еврозоны, в том числе и такие, которые были бы немыслимы до кризиса.

России, безусловно, также необходимы и повышение качества банковского надзора, и борьба с недобросовестным использованием информации на фондовых рынках. Но три главных урока кризиса для развивающихся стран, в том числе для России, относятся к сфере денежно-кредитной и бюджетной политики.

Важность инфляции

Первый урок: для того чтобы сгладить удар кризиса, необходима развитая внутренняя финансовая система. А для этого, в свою очередь, нужна низкая и предсказуемая инфляция. Если инфляция остается высокой, то и уровень неопределенности слишком высок, поэтому долгосрочное финансирование доступно только в долларах или евро. К чему это может привести, мы можем наблюдать сегодня в Турции. В 2017 году турецкие власти развернули обширное кредитное стимулирование экономики, что привело к двузначной инфляции. Долгосрочное кредитование в лирах иссякло, компании и банки начали в еще большей степени полагаться на долларовые кредиты, поэтому повышение ставки ФРС привело к серьезной макроэкономической турбулентности. Инвесторы запаниковали, курс лиры упал, бремя долларовой задолженности стало критическим. Ставки годовых кредитов в лирах достигли запретительных значений.

Разговоры о переходе к инфляционному таргетированию в России начались еще за несколько лет до кризиса, но именно кризис показал необходимость такого перехода. В конце 2008 года, несмотря на трехкратное падение цен на нефть, Центральный банк продолжал защищать курс рубля. Это привело к тому, что в ожидании неминуемой девальвации инвесторы продолжали скупать валюту, рублевое кредитование прекратилось. Результатом стали катастрофический обвал инвестиций и спад производства. В 2009 году российский ВВП снизился на 8% — наибольшее падение в странах G20.

В то же время сырьевые экономики, которые к началу кризиса уже перешли к гибкому курсу и инфляционному таргетированию, прошли его относительно неплохо. Например, Австралия смогла избежать рецессии. Инфляция оставалась в целевом диапазоне (ниже 3%), несмотря на то что курс австралийского доллара упал примерно на треть. С теоретической точки зрения так и должно было быть (именно поэтому и была разработана концепция инфляционного таргетирования), но как раз кризис 2008–2009 годов стал первым испытанием на прочность этой концепции, при том что инфляционное таргетирование было впервые внедрено в начале 1990-х в англосаксонских странах.

После 2008 года этот урок усвоила и Россия. За последние десять лет ей пришлось еще раз пройти через кризис, и именно переход к инфляционному таргетированию помог ей справиться с эффектом резкого падения цен на нефть. В 2014–2016 годах Россия пережила резкое снижение курса рубля и рецессию, но спад был гораздо ниже — менее 3% ВВП.

Спасительные резервы

Второй урок кризиса 2008–2009 годов для развивающихся стран — важность резервных фондов. Предыдущие кризисы показали, что в самое трудное время, именно тогда, когда деньги нужны больше всего, финансовые рынки отказываются поддерживать развивающиеся страны (предпочитая сберегать в инструментах более надежных развитых стран). Поэтому — также впервые в истории — к кризису 2008 года многие развивающиеся страны, включая Россию, подошли с существенными накоплениями на черный день. Эти страны смогли смягчить эффект кризиса. В той же России, несмотря на существенное падение ВВП, удалось не допустить падения уровня жизни. С другой стороны, тот факт, что к новому экономическому спаду 2014–2016 годов российский бюджет подошел с гораздо меньшими сбережениями, частично объясняет, почему в этот раз бремя спада легло именно на население. По официальным данным, за 2014–2017 годы доходы населения снизились в среднем на 11%.

Государство не спасет

Третий урок кризиса заключается в том, что хотя англосаксонская финансовая система работает не так хорошо, как считалось ранее, она остается лучшей в мире. Некоторые западные регуляторы и ведущие финансовые компании проявили и некомпетентность в управлении рисками, и неспособность предотвратить конфликт интересов. Даже те из них, кто не пострадал в 2008 году, оказались вовлечены в последующие скандалы — на рынке LIBOR и вокруг Лондонского Кита. Но, несмотря на свои недостатки (многие из которых хотя бы частично исправлены в последние годы), западная финансовая система по-прежнему лучшая. Попытки развивающихся стран построить альтернативу, в том числе и основанную на доминировании госсектора, пока что не привели к ослаблению доминирования доллара и евро в мировой экономике. Например, резкое расширение кредитования в китайской экономике в ответ на кризис создало серьезные финансовые дисбалансы и риски. Низкое качество кредитного портфеля госбанков, избыточные мощности в промышленности и строительном секторе, непрозрачные финансовые инструменты — это ключевая проблема для сегодняшнего китайского руководства. Китай, безусловно, не исключение: коррупция и некомпетентность присущи госбанкам и госкомпаниям во всех развивающихся странах.

Главный урок кризиса 2008 года не в том, что конкурентные рынки исчерпали свой потенциал. И не в том, что государство лучше знает, куда и как инвестировать. А в том, что если не регулировать неизбежные в финансовом секторе конфликты интересов, то и в развитых, и в развивающихся странах жадность, безответственность и некомпетентность могут привести к катастрофическим последствиям не только для самих банков, но и для всей экономики.

Сергей Гуриев
главный экономист Европейского банка реконструкции и развития

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

Общество

В Москве прошел итоговый всероссийский форум содействия развитию предпринимательства в сфере АПК России

25-26 января в Москве прошел Итоговый Всероссийский форум, посвященный развитию сельского хозяйства. Мероприятие собрало ведущих…

Общество

Alex Villas Group организовала серию концертов российских звезд на Бали

ГК Alex Villas Group, которая занимается строительством управлением и продажей недвижимостью на Бали, в декабре…

Общество

Аудитория курсов детских технопарков Москвы выросла почти в полтора раза

В Москве работает 21 детский технопарк и свыше 330 площадок профориентации. Они предлагают более 400…