Путин и самолет. Почему призраки пассажиров малайзийского лайнера преследуют Кремль

10 июня 2021
Общество

Суд по делу об уничтожении рейса МН17 не интересует российское общество, но будет дорого стоить и ему, и российскому руководству

Самолет — символ свободы и прогресса для современного общества массового туризма и глобальных экономических связей. Авторитарным режимам с авиацией не везет. Советский Союз при Юрии Андропове оказался пригвожденным к позорному столбу после того, как осенью 1983 года сбил над Охотским морем рейс 007 «Корейских авиалиний». Режим Лукашенко окончательно превратился в международного изгоя после перехвата в небе над Белоруссией лайнера компании Ryanair, следовавшего из Афин в Вильнюс. А теперь во вторник, 8 июня, суд в Нидерландах начал рассматривать по существу дело по обвинению трех российских и одного украинского гражданина в уничтожении гражданского воздушного судна. Этот процесс — одна из главнейших проблем Кремля — сегодня и в обозримом будущем. Хотя на первый взгляд это не очевидно.

Родственники погибших вновь выставили перед посольством России в Гааге 298 белых стульев — по числу погибших пассажиров и членов экипажа. Вновь они обратились к Путину с прочувствованным письмом, в котором содержится просьба признать, что Москва имеет прямое отношение к гибели их близких. И вновь из Кремля последовал бездушный ответ об «отстранении России от следствия» и «альтернативных версиях». Как будто бы не представитель Москвы наложил в 2014 году в ООН вето на предложение создать международную следственную группу под эгидой Объединенных Наций.

В первый же день в суде обнародовали много новых доказательств того, что этот лайнер уничтожила именно ракета «Бук», что выпустили ее с позиции около села Первомайское и что никаких взрывов на борту «Боинга» не было (это одна из кремлевских версий). Представлены новые показания очевидцев пуска. В общем, сомнений, в каком направлении неспешно движется процесс, нет. Через полгода, год или два четырем обвиняемым вынесут обвинительный приговор. Попутно, предполагаю, напишут частное определение, из которого будет ясно, что Гиркин-Стрелков и Ко ракетную установку взяли не в пресловутом «военторге», а получили ее от российской армии, которой командует сами знаете кто.

Акция родственников жертв крушения рейса МН17 «Малайзийских авиалиний» перед посольством России в Гааге
Фото: AP/Peter Dejong/ТАСС

Спустя без малого семь лет после того июльского дня, после расследований портала Bellingcat c фотографиями, видео и геотегами, после докладов международной следственной группы, бесконечного вранья кремлевских пропагандистов, которое каждый раз оказывалось разоблаченным, мой личный вывод остался таким же, каким он был 14 июля 2014 года: рейс MH17 сбит российской ракетной установкой, экипаж которой думал, что целит в транспортный самолет ВВС Украины. От себя добавлю, что, проведя часть военной службы в ракетной бригаде ПВО, я, даже не будучи техническим специалистом, хорошо представляю себе, как легко перепутать метки на экране радара, особенно в незнакомой и нервной обстановке. Что, разумеется, никак не оправдывает тех, кто доставил и развернул «Бук» на украинской земле.

У меня нет ни малейших сомнений, что вероятный обвинительный приговор не окажет никакого воздействия на российское общественное мнение. То маленькое меньшинство, которое следит за российско-украинским противостоянием, давно все поняло. Для остальных есть Владимир Соловьев и Дмитрий Киселев. В стране с несуществующей общественной моралью и полным отсутствием понятия «репутация» подавляющее большинство охотно поверит тому, что несколько сотен следователей, журналистов, патологоанатомов, взрывотехников, авиаконструкторов, адвокатов и политиков приняли участие в гигантской постановке с единственной целью — унизить и очернить встающую с колен Россию. Причем речь не только о жителях условного Липецка или Великих Лук с зарплатами в 10 тысяч рублей, а о вполне успешных и состоятельных, бывающих за границей и знающих слова «маркетинг» и «нон-фикшн». Так что верховному главнокомандованию дома беспокоиться не о чем. Не выйдут на улицы сотни тысяч возмущенных россиян, требующих справедливости, как вышли осенью 1982 года 400 тысяч израильтян — 10 процентов тогдашнего населения страны. Это случилось, когда появились первые сведения о том, что Армия обороны Израиля могла соучаствовать в военном преступлении — помочь ливанским фалангистам резать палестинцев в лагерях беженцев Сабра и Шатила под Бейрутом. В 140-миллионной России за отравленного и посаженного Навального вышли, в сущности, единицы, так что за три сотни иностранцев не выйдет вообще никто.

А вот с Западом дело другое. Все мои знакомые в Нидерландах хором говорят: без ответа на вопрос «Кто дал приказ отправить “Бук” “ополченцам”?» процесс не завершится. Ответ мощно ударит по международной репутации российского руководства. Следующим этапом станут иски родственников с требованием компенсации, регулярные PR-кампании в СМИ, и, в случае если суды поддержат иски, попытки ареста российского государственного имущества в обеспечение требований. Разумеется, ни Вашингтон, ни Брюссель, ни тем более Берлин с Парижем, или Вена с Римом не прекратят общаться с Кремлем — потому что «без России невозможно решить проблему Сирии». Или проблему Ирана, или проблему терроризма, или проблему изменения климата, далее можете подставить любую «проблему» по своему выбору. Но голоса в пользу изоляции Кремля станут громче, а разнообразным «понимающим Путина» придется быть осторожнее в публичных высказываниях. Что самое неприятное — и о чем мне уже приходилось писать — история гибели рейса МН17 понятна и доступна самому неинформированному западному обывателю, который слыхом не слыхивал об Украине и Крыме и которому, может быть, Путин даже слегка импонирует своей брутальностью и «откровенностью». Словосочетание «военное преступление», которое, скорее всего, рано или поздно прозвучит в связи с этим делом, навсегда будет вписано в историю путинской эпохи. Более того, процесс в Нидерландах — символ того политического и морального тупика, в котором оказалась Россия после 2014 года.

Константин Эггерт

Общество

Нотариусы  рассказали о нюансах семейных договоров

В каких правовых аспектах брачно-семейных отношений может помочь нотариус? Давайте разбираться. Пары обращаются в нотариальные…

экономика

ПАО «Симпреал» адаптировало режим работы для минимизации негативного воздействия высоких температур

Компания «Симпреал», являющаяся одним из лидеров на отечественном рынке керамического сырья, приняла ряд мер по…

Общество

На Казанском Марафоне собрали почти 900 тыс. руб. для Семейного дома БФ «Семья вместе» в Казани

В Казани 11-12 мая прошел традиционный Казанский беговой марафон. Все деньги, которые удалось собрать в…