Проблемы слухократии

Нынешний август проходит относительно спокойно, но люди вспоминают прошлые годы и на всякий случай волнуются. Реальных причин для волнения тоже хватает. Много неясного происходит в стране, будущее не вызывает оптимизма. Множатся слухи.

Один слух касается возможности досрочных президентских выборов. С этим уже готовы связывать перестановки в администрации президента. Аргументация правдоподобная: до 2018 года денег может и не хватить, так что уверенную кампанию гораздо удобнее было бы начинать прямо после выборов в Думу, а уже потом думать о реформах (секвестре). Проблема такого сценария заключается среди прочего в том, что экстренная электоральная активность приведет к крайней невротизации российских элит, которым в последние месяцы и так живется тревожно.

И это второй слух. Что, собственно, происходит с российскими чиновниками, если месяца не проходит без очередной громкой истории об отставке, а то и посадке? Как получилось, что все эти люди проникли во власть? Почему ротация некоторых вроде бы неприкасаемых началась именно сейчас? По каким правилам надо играть при новых людях? И что не поделили между собой силовые структуры России, все до единой подчиняющиеся президенту? Огромное количество экспертов в фейсбуке имеет свое мнение на этот счет — и слухи продолжают расти.

Третий слух касается робких поисков «экономического дна» и судьбы бледного рубля. Граждане пугают друг друга, что к концу лета может начаться очередной виток девальвации, после чего в карманах снова пойдет гулять ветер. А мы ведь только-только привыкли к тому, что у нас зарплаты в среднем ниже, чем в Китае, и смирились с этой мыслью. Немного стабилизировались в этом статусе «новых бедных русских», и вот опять страхи.

Четвертый слух, худший из прочих, связан с недавним обострением в отношениях с Украиной и ожиданиями «большой войны». Здесь обсуждать нечего — мы в 2016 году совершенно привычно и спокойно оперируем безумным термином «война с Украиной», хотя всего три года назад покрутили бы пальцем у виска.

Слухи как потенциально наиболее ценный источник информации возникают в закрытом обществе, где нет свободных медиа, а правительство выведено из-под общественного контроля и подотчетно только одному человеку. С одной стороны, мы уже жили в развитой слухократии при позднем СССР и знаем, чем подобные истории могут кончаться, если вдруг прорвет. С другой — наша ситуация уникальна. Границы все еще открыты, есть возможность читать любые западные сайты. Но тот же интернет оказывается плодотворной средой для распространения домыслов, он населен троллями и ботами. Госпропаганда и вовсе приучила за последние годы к мысли, что любое слово, сказанное ею, лживо по определению. Так Россия становится пространством, на котором безраздельную власть получают слухи.

Я уже писал о том, что единственным действующим институтом публичной политики в России остались прямые президентские линии. Кажется, атмосфера нынешнего августа требует, чтобы Владимир Путин объяснил, что, на его взгляд, происходит в стране и на ее границах. Если общество, те самые его 86%, согласилось на то, чтобы один человек взял на себя ответственность за все, то оно должно хотя бы не отказываться от требования объяснений о проделанной работе.

Кирилл Мартынов
редактор отдела политики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *