Помнить спасителей — не значит благодарить палачей

Я благодарен знакомым Александра Механика, которые, как он сам пишет, обратили его внимание на мой текст «Есть ли у евреев долг благодарности по отношению к сталинскому СССР?» и побудили написать ответ. Я его текст увидел сам, без помощи знакомых, и рад возможности продолжить дискуссию.

Не вижу смысла обсуждать приводимые Александром Григорьевичем аргументы ad hominem — мою бестактность и мое болезненное мироощущение, о которых он почему-то пишет. Готов признать и эти, и многие другие свои грехи, но какое это имеет отношение к делу? На страницах «Сноба» обсуждается не мое персональное дело, а проблема, явно выходящая за рамки моих личностных особенностей. Не понимаю также, в чем и кого может убедить тот факт, что мои высказывания не совпадают с точкой зрения премьер-министра Израиля (которая, замечу, не столь однозначна, как это представляет в своем тексте господин Механик)? Но и не об этом речь.

Естественно любить свою страну. Комфортно при этом, хотя и неадекватно и недостойно интеллигентного человека, забывать или вытеснять из сознания ее преступления и, не обращая внимания на факты, верить в добрые дела, которых она не совершала. Нарисованная Александром Григорьевичем картина сочувствия советской власти евреям игнорирует и антисемитские действия СССР в начале Второй мировой войны, и послевоенную антисемитскую политику Сталина. Она настолько противоречит реальности, что об этом даже как-то неловко говорить. Спасибо, что Александр Григорьевич хоть не опровергает приводимые мной факты.

СССР обрекал на гибель мирных жителей, оставшихся на отданной врагу территории, сжигая их дома, а потом судил и сажал тех, кто смог как-то устроиться при немцах и прокормить своих детей

Советское государство, особенно в его ленинско-сталинский период, и пальцем не шевелило, чтобы спасти кого бы то ни было, но, наоборот, убивало направо и налево с самого первого дня своего существования. А во время войны оно не жалело своих солдат. Не важно, произнес ли в действительности Жуков приписываемую ему фразу о бабах, которые еще нарожают, но действовали советские маршалы именно в этой презумпции. СССР, не колеблясь, обрекал на гибель мирных жителей, оставшихся на отданной врагу территории, сжигая их дома, а потом судил и сажал тех, кто смог как-то устроиться при немцах и прокормить своих детей, десятилетиями дискриминировал тех, кто избежал наказания за это «преступление», или тех, кто попал в плен. И вот только о евреях у Сталина голова болела, вот их он хотел спасти и спас!

Надеюсь, мне не надо повторять, что, как и любой нормальный человек, я прекрасно понимаю: разгром Красной армией и ее союзниками Третьего Рейха был спасением для еврейского народа, да и не только для него; война, которую вела Антигитлеровская коалиция, — редкий в мировой истории случай справедливой войны. 8 и 9 мая 1945-го — лучшие дни XX века. Каждый солдат той войны заслуживает нашей благодарности. Но именно солдат, в нашем случае — солдат Красной армии — русский, туркмен или еврей, а вовсе не государство, для которого жизни людей ничего не стоили, которое, преследуя свои цели, совершало множество злодейств, но иногда — не намеренно — отдельные добрые дела.

Фрейд говорил, что людям не нужна истина, но они не могут жить без иллюзий. Мифы и иллюзии функциональны. Вера в еврейский заговор помогала Гитлеру проводить его политику, а миллионам немцев — с ней соглашаться. Вера в «план Даллеса», которого, разумеется, никогда не существовало, или в вечно «гадящую англичанку» обосновывала в глазах народа внешнюю политику СССР, а сейчас — внешнюю политику России. Вера в неполноценность черных оправдывала рабство в Америке, а в превосходство арийской расы — преступления нацистов.

Евреи в России никогда, за исключением, может быть, последних 30 лет, не были полноправными гражданами, они всегда были объектами формальной и неформальной дискриминации

Миф о сознательном спасении евреев советской властью тоже психологически выгоден многим людям. Он поддерживает их самооценку, представление об имманентно присущем стране и народу благородстве. В общем, нет вопроса о смысле этого мифа для тех, кто относит сам себя к категории спасителей, хотя сегодня они, в лучшем случае, внуки спасителей. Но зачем это спасенным? Зачем это евреям, среди которых, вопреки фактам и здравому смыслу, тоже немало готовых благодарить тогдашнее государство?

Евреи в России никогда, за исключением, может быть, последних 30 лет, не были полноправными гражданами, они всегда были объектами формальной и неформальной дискриминации. Черта оседлости, погромы, врачи-вредители, квоты при приеме на работу, «жид крещеный, что вор прощеный» — перечислять можно бесконечно. На это можно реагировать по-разному. Можно бороться — и многие боролись. Часть из них потом создала Израиль, часть продолжила борьбу здесь. Можно, отдавая себе отчет в реальном положении дел, преодолевать преграды — держать удар, не отчаиваться, работать, давать детям образование и приучать их к книгам. Именно благодаря этой позиции в российской науке и культуре так много этнических евреев. Но можно и согласиться со своим второсортным статусом — ходить бочком, благодарить господина за то, что он не слишком больно наказал, не претендовать на то, что тебе «не положено», соглашаться, что венец твоей карьеры — еврей при губернаторе, но никак не губернатор. Это ведь тоже удобная позиция: ты не виноват в своих неудачах, так сложилось. Знай и люби свое место. И благодари, естественно. Благодари за все — и за то, что было, и за то, чего не было.

Но можно и выйти за флажки. Можно сделать главным выводом из трагедии Холокоста не долг благодарности — не отрицая его, разумеется, — а необходимость сильной армии, которая способна сама, вне зависимости от благосклонности великих и невеликих держав, защитить народ. Этот вывод был сделан: Армия обороны Израиля сегодня — одна из самых сильных и боеспособных в мире. Можно бить по морде антисемитов и учить этому детей. Можно действовать, исходя из того, что здесь, в России мы, евреи, у себя дома, просто потому, что мы здесь родились, наши предки создавали и защищали эту страну. Потому что у нас не меньше прав на нее, чем у любого другого народа. Потому что мы будем хранить память о спасителях, но никогда и ни за что не будем благодарить палачей.

Леонид Гозман