Покусившиеся на самое святое

Четырнадцать лет минуло со дня страшной трагедии в Беслане. 1 сентября 2004 года в местной школе №1 дети, их родители и учителя собрались на линейку, посвященную началу учебного года, когда вдруг раздались выстрелы.

Казалось, что в такой день и в таком месте никакого зла не может произойти и даже у самых отмороженных ублюдков и бандитов найдется хоть одна крупица сострадания. Но были ли людьми те, кто под дулами автоматов загонял ребятишек в здание школы? О чем думали эти звери? Отдавали ли себе отчет в том, какое страшное преступление совершают? Многим, кто смотрел в те роковые дни новости по федеральным телеканалам, вспомнился фильм Элема Климова «Иди и смотри», где каратели уничтожают белорусскую деревню, сжигая ее жителей в амбаре. Сначала было трудно поверить, что такое вообще возможно. Даже после захвата Шамилем Басаевым больницы в Буденновске в июне 1995 года, где в заложниках оказались беременные женщины и дети.

Как и в Буденновске, бандиты выбрали в качестве цели самых слабых и незащищенных. И снова все, кто смотрел новости, сжимали кулаки от бессилия. За трагедией, развернувшейся в прямом эфире, наблюдал весь мир.

Есть ли в целом мире что-то такое, чем можно оправдать такое варварство? Писатель Достоевский отрицал даже одну слезу ребенка, если она должна быть ценой какой-то пусть даже и благой цели. Но те, кто захватывал школу в Беслане, Достоевского не читали. А если и читали, то ничего не поняли, либо высокомерно и зло рассмеялись над его рассуждениями.

Но бандиты не могли не понимать, что после такого в живых их не оставят. Просто не хватит сил найти в себе столько милосердия у тех, кто видел, как умирают дети, как прыгают они из окон школы в надежде спастись и тут же получают автоматные очереди в спину.

Люди, которые принимали решение о штурме, оказались перед непростым выбором. Было ясно, что жертв не избежать, но если и дальше пытаться найти какой-то компромисс с бандитами, то убитых может стать еще больше. Пожертвовать немногими, чтобы уцелело большинство – страшный выбор. Но тогда это был единственный выход. Отступить, пойти на поводу у бандитов означало предаться злу, слиться с ним, признать возможность удовлетворять его требования. С точки зрения любых религий и философий – это тягчайший грех. Бороться со злом стоит даже ценой своей жизни. Именно так думали бойцы спецназа, пошедшие на штурм. Не могли они не понимать, что для некоторых из них этот бой будет последним, но выбор каждый из них уже сделал – меньше всего они думали о том, как сохранить себе жизнь. Десять сотрудников Центра специальных операция Федеральной службы безопасности и 333 заложника погибли при штурме школы. Когда все кончилось, здание школы тут же превратилось в мемориал. Люди несли и до сих пор несут сюда цветы, игрушки и бутылочки с водой – заложники в неволе страдали и от жажды. На стене кто-то написал: «Вымпел», «Альфа», спасибо, что спасли наших детей!» Под этими словами тогда подписалась вся страна. Не забудем. Не простим.

Геннадий Окороков

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *