Почему Навального так поздно обвинили в клевете

Обращение к следствию напрямую как новый тип реакции на расследование ФБК

Совладелец USM Holdings Алишер Усманов решает, подать ли иск о клевете на основателя Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Алексея Навального. Навальный в своем расследовании, посвященном недвижимости премьер-министра РФ Дмитрия Медведева, назвал взяткой безвозмездную передачу земельного участка и дома на Рублевском шоссе некоммерческому фонду «Соцгоспроект». Наблюдательный совет фонда возглавляет Илья Елисеев, который в расследовании назван однокурсником Дмитрия Медведева. По утверждению Навального, бизнесмены, передавая земли и недвижимость связанным с друзьями Медведева фондам, получали госконтракты и прочие преференции.

Усманов в интервью газете «Ведомости» рассказал, что передал дом и участок «Соцгоспроекту» в обмен на землю в Успенском, рядом со своим имением. Бизнесмен, по его словам, давно хотел его расширить – и вот появилась возможность. С Елисеевым он был знаком по работе в Газпромбанке. И Усманов, и Елисеев утверждают, что речь шла не о взятке, а о легальном и взаимовыгодном обмене землей и недвижимостью.

Иск о клевете означает, что заявление подается не в суд, а напрямую в Следственный комитет. И уже он в рамках следствия начинает все соответствующие процедуры, включая приглашение на беседу и изъятие документов. Таким образом, в истории с расследованием Навального и реакцией на него появляется новый мотив: прямое обращение к следствию.

Примечательно, что видео расследования «Он вам не Димон» появилось в Сети 2 марта. С тех пор прошло 40 дней. Бизнесмены масштаба Алишера Усманова могут привлечь лучших юристов, которых среди прочего отличает быстрота защиты интересов своего клиента. Сложно представить себе, что с материалами «Димона», в которых упоминается Усманов, они ознакомились только сейчас – или же только сейчас сообразили, что публикация содержит ложные, клеветнические утверждения.

Сложно избавиться от мысли, что мы наблюдаем вторую волну реакции власти на расследование ФБК, и возможный иск Алишера Усманова – часть этого процесса. Первая волна включала в себя, в частности, заявления об отсутствии знакомства с материалами расследования или отсутствии интереса к ним в силу того, что это «творчество осужденного». Сам премьер-министр Медведев отреагировал на опубликованные ФБК материалы лишь спустя месяц, назвав их «чушью», «компотом» и «какими-то бумажками».

Это не означает, что власти действительно игнорировали расследование ФБК и его митинговый резонанс – причем речь даже не о том, что одна группа влияния могла использовать материалы для давления на другую. Кажется не случайным, что, после того как тема коррупции оказалась центральной для массовых уличных протестов, был арестован, за один день «утратил доверие» и был отправлен в отставку глава Удмуртии Александр Соловьев.

Такого рода скрытая реакция случалась и прежде. Достаточно вспомнить, что именно Алексей Навальный и его команда несколько лет назад сделали довольно популярной у сетевой аудитории тему нецелевого расходования государственных средств. Они выискивали в открытых базах данных примеры подобных нарушений и учили публику, как писать запросы в прокуратуру. По прошествии некоторого времени борьбой с растратами и нецелевыми расходами занялась прокремлевская структура – Общероссийский народный фронт.

Другими словами, Навальный, так или иначе, даже в условиях официального игнорирования умеет влиять или даже частично формировать политическую повестку дня. Нежелание представителей власти публично называть его имя или заявлять, что у самого Навального «рыльце в пушку», не работает. Обвинения в клевете выглядят как новая тактика. И, вероятно, список «оклеветанных» не ограничится Усмановым и Елисеевым.

От редакции

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *