Полчища плюшевых зверей, рассаженных вокруг здания Верховного суда России. Многочасовой беспросветный дождь. Колонны темных зонтов в осенней серости и сырости. И толпа, скандирующая о свободе в глухую стену. Каким запомнился Марш матерей в поддержку детей, арестованных по делу «Нового величия»? Об этом репортаж «НИ».
Само предложение возникло за несколько дней в социальных сетях, а его инициаторами стали литературный критик Анна Наринская, журналисты Татьяна Малкина, Ольга Гринкруг, Анна Качуровская, издатели Варвара Горностаева и Мария Шубина, актрисы Татьяна Лазарева и Яна Троянова.
«Мы требуем выпустить из тюрьмы обвиняемых по делу «Нового величия». Мы выступаем в защиту Ани Павликовой, Маши Дубовик и вообще всех наших детей, которые, как показывает спровоцированное силовиками дело «Нового величия», сегодня находятся в опасности. Мы призываем присоединиться к нам всех матерей, которым не безразлично будущее наших детей. Любая из нас знает, что восемнадцатилетний человек очень мало отличается от, например, двенадцатилетнего. Что его легко увлечь, обмануть, спровоцировать. В этом смысле подростки и совсем молодые люди в зоне риска, потому что они доверчивые и восторженные. Дело «Нового величия» может повториться. Все наши дети – прекрасный материал для подобных дел, сконструированных органами для собственных целей», — с такими призывами выступили организаторы мероприятия накануне.
Люди начали собираться в Новопушкинском сквере с 18 часов – за час до оговоренного времени. Пораньше подъехали и автозаки – скорее, для декораций. Несогласованная с властями акция прошла без задержаний.
Самым популярным игрушечным участником Марша стал единорог из My Little Pony, которого любила рисовать 18-летняя Аня Павликова.
Первым препятствием на пути зонтичной колонны стала переносная клумба, которой перегородили выход к Тверскому бульвару. Шествующие пересекали проезжую часть и натыкались на огромную «вазу», из-за чего образовалось «бутылочное горлышко», и приходилось выжидать очередь, оставаясь на дороге посреди движущихся автомобилей.
— Как талантливо, черт возьми! Какие талантливые строители! – иронично посетовали женщины.
— Я вышел сегодня за свою страну. Беззаконие в стране будет твориться до тех пор, пока всё за нас решают славные люди. Пока мы сами будем делать вид, что ничего не видим. Не видим, как относятся в нашей стране к молодежи, к пожилым. Не видим, как привлекают за слово, за мысль, за мнение. Пока всего этого мы не видим – у нашей страны нет будущего. Смысл шествия – консолидация гражданского общества, — сказал «НИ» Алексей, пришедший на акцию с женой и с пуделем, испуганно выглядывавшим из сумки.
Две девушки под одним зонтом влились в шествие, чтобы поддержать своего друга, арестованного по другому протестному делу.
— Мы пришли, чтобы не дать забыть о нашем друге — Косте Салтыкове, который уже полгода сидит в СИЗО. 28 января в день задержания ему было 19 лет. Его обвиняют в нападении на полицейского. Но есть видеозапись, на которой отчетливо видно, что он ни на кого не нападал и никого не бил. Анна Павликова и «Новое величие» — это еще один пласт. Событие того же ряда, наложившееся на ранние «гнойники». У Кости нет родителей, он сирота, но у него есть друзья – мы. И мы пришли его поддержать.
Здание Верховного суда люди обступили буквой Г – с двух возможных сторон. Остальные две были закрыты воротами внутреннего двора. Собравшиеся стали усаживать плюшевых динозавров, псов, медведей и хомяков под дверьми бокового и центрального входов. Другие игрушечные звери были втиснуты в решетки на окнах или нанизаны на зубья ворот.
— Я школьный учитель. Любой из моих учеников в любую секунду может оказаться в положении девочек [Ани Павликовой, Маши Дубовик]. Кроме того, я дедушка и в такой ситуации могут оказаться мои внуки. Это меня тревожит! – сказал Леонид.
Его речь прервал громкий хор лозунгов: «Свободу! Свободу!» — кричали пришедшие. «Тюрьма – не место для детей!» и «Позор! Позор!»
— Я хожу на все процессы по «Новому величию», слежу за развитием. Понятно, что всё дело – это провокация спецслужб. Никто же этого даже не скрывает. Какое право моральное есть, чтобы ребенка невиновного ни в чем в тюрьме держать? Это же садизм, — говорит Виктор.
— Граждане, освободите проезжую часть! – доносилось по спецсвязи.
— Отменить два восемь два! Отменить два восемь два! [ст. 282 УК РФ] – кричали люди в ответ. – Свободу политзаключенным!
Толпа отреагировала жидким смехом и закричала:
— Отпустите девчонок, и мы уйдем!
— Уважаемые граждане, не препятствуйте проезду транспорта! – послышалось в ответ из громкоговорителя курсировавшей туда-сюда машины с мигалкой.
— Уважаемые полицейские, не мешайте проходу граждан, — не растерялась толпа.
— А как за детей не заступаться? Это самое уязвимое, самое беззащитное, что у нас есть. Государство должно их защищать, давать им везде зеленый свет – это наше будущее, а не уголовниками их делать, — рассказала «НИ» Светлана. — Почему провокаторов не выявляют, где-то их скрывают, а подведенные ими под статью дети страдают? Почему в последнем заседании судья оставляет их за решеткой с таким слабым здоровьем, с такими диагнозами страшными? Кто будет за их съеденное здоровье отвечать? Вот чтобы потребовать ответы на все эти вопросы, я сегодня сюда и пришла.
Ответам, очевидно, взяться было неоткуда. Глухие стены суда вместе со статуей Фемиды молчали. Дождь еще долго не прекращался.
