Плюс монетизация всей страны

Власти изучают возможность вознаграждения пользователей за применение их персональных данных

Пользователи имеют право получать вознаграждение за то, что компании собирают и используют информацию о них. Такое положение может появиться в нацпрограмме «Цифровая экономика», что ускорит развитие рынка торговли данными

Механизмы поощрения пользователей за сбор и использование информации о них могут прописать в концепции регулирования данных, которую разрабатывает группа по нормативному регулированию АНО «Цифровая экономика» (в том числе отвечает за реализацию одноименной национальной программы). Такое положение уже есть в плане мероприятий нацпрограммы, рассказал РБК директор направления «Нормативное регулирование» АНО Дмитрий Тер-Степанов. По его словам, правовой режим монетизации пользовательских данных может быть похож на регулирование интеллектуальной собственности, когда «авторы получают блага от использования своих произведений» третьими лицами.

В середине ноября во время выступления на форуме «Кибербезопасность. Защита персональных данных», организованного «Ведомостями», Тер-Степанов говорил, что концепция регулирования данных должна быть разработана до конца этого года.

Дмитрий Тер-Степанов пояснил, что сейчас рабочая группа обсуждает основные положения текста будущей концепции. В каком именно виде будут получать поощрение пользователи (денежное вознаграждение, бонусы, скидки или что-то другое), решит бизнес-сообщество при участии представителей государства.

Как сейчас регулируется оборот данных о пользователях

Пока в России есть закон, регулирующий лишь оборот персональных данных, то есть информации, которую можно соотнести с конкретным физическим лицом. По словам советника практики разрешения споров и информационных технологий Bryan Cave Leighton Paisner Russia LLP Наталии Беломестновой, одним из основных ограничителей, сдерживающих свободный оборот персональных данных в действующем законодательстве, является требование согласия субъекта на обработку такой информации: оно должно быть конкретным, информированным и сознательным. Возможность передачи данных третьему лицу и цели такой передачи также должны быть донесены до пользователя. «При этом судебная практика и практика Роскомнадзора исходит из того, что нельзя включать в согласие излишне широкие формулировки (например, передача данных «любым третьим лицам для любых целей»), потому что в этом случае согласие человека не будет ни конкретным, ни информированным, ни сознательным», — пояснила юрист.

Обезличенные данные также могут считаться персональными в том случае, если, сопоставив их, можно определить конкретного человека, отметила Беломестнова. Кроме того, Роскомнадзор заявлял, что к персональным нужно отнести и так называемые большие пользовательские данные — информацию о пользователях, которая не позволяет идентифицировать конкретного человека, но позволяет проанализировать его поведение. Сейчас участники рынка и представители власти обсуждают, нужно ли регулировать большие пользовательские данные так же, как большие данные (big data, большие объемы обезличенной информации).

«Сейчас в России нет рынка персональных данных. Есть только теневой рынок, о механизмах которого точно ничего не известно», — считает сооснователь маркетинговой платформы CallToVisit Дмитрий Егоров.

По словам гендиректора оператора по обработке персональных данных «Система управления идентификацией» (бренд IDX) Светланы Беловой, сейчас законодательно не прописана обязанность оператора персональных данных передавать хранящуюся у него информацию о пользователе самому пользователю. «Следовательно, человек не знает, какие ​данные о нем хранятся у оператора. Представители бизнеса, которые заинтересованы в этой информации, также не знают, что именно хранится у оператора и насколько эта информация достоверна», — говорит она. Крупные операторы готовы делиться аналитикой на основе данных, которые они собирают, но бизнесу эта обезличенная информация уже не так интересна. «Компании хотят знать все о конкретном человеке, [чтобы делать] персональный скоринг. Самый разумный вариант — создание маркетплейса (площадки электронной торговли. — РБК) с данными (аналогичные приложения есть в Европе и США), который бы мог связать напрямую продавца, то есть пользователя, и покупателя, то есть бизнес», — уверена Белова.

Как работает продажа данных о пользователе

Как отмечалось в отчете исследовательского института Cracked Labs, основным источником информации о пользователях сейчас являются информационные брокеры (крупнейшие из них — Acxiom и Oracle). Они десятилетиями собирали информацию из публичных источников, как нецифровых (справочники, криминальные сводки, опросы), так и цифровых (соцсети, сервисы для покупок, телемедицина и др.). Данные хранятся в виде уникального анонимного ID, который связан с номером телефона, электронной почтой пользователя, IP-адресом, геолокацией, cookie (данные о поведении юзера на сайте), ID устройств, которыми он пользуется. Компания может дать брокеру электронную почту потребителя и запросить информацию о владельце этого адреса. В ответе будут содержаться категории, к которым брокер относит этого пользователя (пол, возраст, увлечения и др.). Пока эта информация используется в основном для таргетирования рекламы и скоринга — проверки заемщиков банков и клиентов страховых компаний.

Обезличенную информацию пытаются использовать и телекоммуникационные компании. Например, российские сотовые операторы оказывают услуги геоаналитики: они могут подсказать ретейлеру наиболее удачное место для размещения торговой точки. Например, «ВымпелКом» (бренд «Билайн») заработал почти 200 млн руб. на услугах по обработке больших данных для корпоративных клиентов с января по сентябрь 2018 года, писали «Ведомости».

Операторы кассового оборудования также собирают данные о покупках и готовы продавать желающим основанную на них аналитику.

Сколько стоят данные о пользователях

Компании, которые собирают данные, не продают их поштучно. Однако в пересчете на одного человека данные о возрасте, поле, семье, покупательских привычках и даже о состоянии здоровья человека стоят дешево. Так, Financial Times, проведя обзор рынка данных, указывала, что общие данные о тысяче пользователей стоят около $0,5, а полная информация о человеке, собранная оператором по обработке персональных данных, может продаваться менее, чем за $1. В то же время стартапы, которые хотят стать маркетплейсами для пользовательских данных, утверждают, что информация об одном человеке может стоит $1–2 тыс. Оценить общий объем рынка данных практически невозможно, так не существует единой системы оценки. Согласно исследованию 451 Research, объем мирового рынка данных только телекоммуникационных компаний в 2015 году составил $24 млрд, а к 2020 году он должен увеличиться до $79 млрд. Объем российского рынка пользовательских данных, по подсчетам журнала РБК, в 2017 году составил не менее 3,3 млрд руб.

Запущенный в 2017 году стартап Datum предлагает пользователям продавать свои данные за токены DAT. Доступ к маркетплейсу организован через приложение. Корреспонденту РБК не удалось предоставить свои данные стартапу, основатель которого в своем блоге утверждал, что данные одного пользователя стоят $2 тыс. и больше. Компания отмечает, что приложением не могут пользоваться граждане и резиденты США, Китая и Южной Кореи. Корреспондент издания BBC в сентябре 2018 года смог поделиться лишь данными о своих передвижениях за месяц — эту информацию Datum был готов обменять на токены стоимостью в 1 цент.

Компания Cambridge Analytica, из-за которой в начале года разразился скандал вокруг утечки разразился скандал вокруг утечки информации пользователей из соцсети Facebook, платила некоторым пользователям вознаграждение $2–4 за заполнение анкеты, благодаря чему она получила доступ к данным их профилей и профилей их друзей, писала The Guardian. Впрочем, ​многие пользователи установили приложение и заполнили анкету бесплатно, из интереса.

По словам Дмитрия Егорова, в России на биржах данных можно приобрести cookie и рекламные ID пользователей в среднем за 50–100 руб. за тысячу профилей. Весь рынок таких данных в стране составляет не больше нескольких сотен миллионов рублей, рассказал он. «Что касается теневого рынка персональных данных, то там цена обычно договорная, поэтому сложно отследить его объем», — отметил Егоров.

По его мнению, вряд ли пользователи смогут получать денежное вознаграждение за передачу данных о себе, скорее всего, это будут скидки и особые условия обслуживания. Например, компания Nielsen, с 2010 года собирающая данные зарегистрировавшихся покупателей через приложение National Consumer Panel, в обмен на отсканированные чеки покупок предоставляет пользователям вознаграждения из специального каталога. Аналогичный сервис есть и в России. С декабря 2017 года пользователи «Едадил», могут получать кешбэк по определенным товарам из каталога, если сканируют QR-код своего чека. В начале октября «Яндекс» увеличил свою долю в этом сервисе до 100%.

Как рассказал РБК менеджер по развитию бизнеса Aidata Сергей Плашкевич, проблемы создания инструмента монетизации данных для пользователя заключаются в том, что большинство из них не знают, что за их данные вообще могут заплатить, а механизмы, с помощью которых можно было бы это реализовать в полном объеме, отсутствуют. ​Плашкевич считает, что создать такую систему можно было бы, например, на базе портала «Госуслуги», так как у российских пользователей уже сложилась традиция пользования этим сервисом, а сам сервис является крупным агрегатором персональных данных.

Авторы: Александра Посыпкина, Евгения Баленко, Дада Линделл.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *