Наше счастливое будущее

В каком мире хотят жить подростки через десяток-другой лет? Людям изрядного возраста, принимающим важнейшие для будущего решения, стоило бы поинтересоваться у них, обитателей будущего.

Я недавно поинтересовался. Точнее, интересовался-то давно, но неправильно задавал вопрос. Например, в лагере «Сириус» подростки отправлялись в любой год до конца века — по легенде игры, не такой уж далекой от реальности, заскорузлый мозг взрослых не выдерживал путешествия в будущее, приходилось на только что изобретенной машине времени отправлять ребят. А потом они возвращались и писали отчеты об увиденном — почти сплошь мрачнейшие антиутопии. Взрослые на конкурсе фантастических рассказов «Будущее время» выдавали тот же результат: оптимизм не в тренде — нет в актуальной культуре привлекательного образа будущего, нечем вдохновляться, зато есть чего бояться.

На этот раз, в дальневосточном лагере «Океан», я поменял подход: надо не путешествовать в готовое будущее, а понять, чего хочется, и попытаться будущее построить — для начала в игре. Со мной было 300 старшеклассников со всей России. Начали с прямого вопроса, чего они хотят. Первым же требованием, вызвавшим бурную поддержку, была крамола: «чтобы государств не было, а были только города».

Разделились на семь команд — семь городов. Государство я все же оставил: взрослый, не выдерживает мозг радикальной новизны. История началась в 2024 году, когда новое правительство сделало Приморье зоной экспериментального развития, начало строить там города с нуля, заселять их молодежью и давать широкие права самоуправления. Каждый город выбрал себе название, мэра, характеристики, идеалы и ценности. Например, Банановск — тропический город-сад под куполом с искусственной регуляцией климата, стремящийся к объединению городской и природной среды. Совершенно неожиданно для меня оказалось, что главная объединяющая ценность у ребят — экология: об этом кричат даже названия двух городов из семи, Эколэнд и Экоград. Я приехал в «Океан», только накануне сдав в «РР» статью «Технологии для поколения Греты» про будущее энергетики, — но, конечно, не думал всерьез, что нынешнему поколению и правда подходит это название. Ради таких сюрпризов и стоит спрашивать.

Потом ребята выделили семь главных трендов — направлений, в которых сейчас меняется мир. Каждый тренд — линия до 2050 года; на этой линии они нарисовали точки, которыми отмечены главные события, связанные с этим трендом. Например, одним из трендов была «революция в образовании» (что, взрослые, не думали, что это самое важное?). Первым событием на этой линии ребята обозначили отмену ЕГЭ и ОГЭ.

А потом началась сама игра: в зале сидят семь команд-городов и проходят испытания, которые сами себе придумали, — те самые события на линиях-трендах. Например, я говорю: «Настал 2025 год, и вам дали право самим решать, как устроить отбор в вузы. Понятно, что ЕГЭ и ОГЭ не справляются — проверяют уже устаревшие знания, да и вообще теперь не знания нужно проверять, а что-то другое, вот только никто точно не понимает, что именно. Как ваш город решит проблему?» Команды совещаются и рассказывают о решениях, создавая будущее своего города. Так мы и двигались от года к году, от испытания к испытанию — и весь этот мир придумали сами ребята. Какое же удивительно прекрасное будущее они в итоге построили — и не одно, а целых семь разных вариантов! Вот только это совсем не те варианты, которые выбрали нынешние взрослые.

Андрей Константинов, редактор отдела науки «РР»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *