На каком поле играем (О сходстве и различии футбола с политикой)

Для любимого повсеместно футбола даже в беднейших странах сооружаются великолепные стадионы. В Пхеньяне люди бедствуют, но зато  имеют лучшее во всей Азии  футбольное сооружение. Предмет любви нуждается в  исключительной заботе и внимании. И даже в жертвах.   Для него ни сил, ни средств  жалеть  не приходится.  Под футбол всё должно быть на высшем уровне, и  в первую очередь, конечно,  сами исполнители этого волшебного действа. Их нужно холить и нежить как детёнышей.  Они нужны стране, администрации страны, всем нам (для удовлетворения наших разнообразных чувств, в том числе героических и патриотических). В душе у нас чуть ли не каждый мужичок – футболист.     Тем не менее,  не одними игроками жив футбол.  Сами по себе, как отдельная ценность,  они не  существуют. Им, чтобы реализоваться,  подавай то одно, то другое, то третье. И прежде всего,  ухоженные футбольные поля. На кочковатом газоне кудесники мяча   будут спотыкаться и травмироваться. И это при всём том, что  в последнее время забавляться  футболом стали и на рыхлом песке (пляжный футбол), и на твёрдом покрытии (мини-футбол или футзал). Можно упомянуть и женский  вариант игры миллионов.  Появился даже болотный футбол.  Но это всё шалости, футболы  второго сорта,  не совсем настоящие. Потому и значение их в народной жизни ничтожно мало. Не рыба, не мясо. Все понимают, что для нормального, исторически сложившегося футбола, чтобы иметь от него удовлетворительный результат, нужны реальные условия  — реальные мастера и реальная материальная база. Виртуальностью всё это не заменишь. Виртуально можно только покемонов ловить, да и то сначала нужно вооружиться смартфоном.

Политика во многом похожа на современный футбол. Потому и напрашиваются сравнения. Но при всём своём сходстве, политика имеет с популярной игрой и существенные различия. Если футболисты стремятся играть на чистых полях (того спортивная эстетика требует), то политики никакими полями не гнушаются и готовы лезть в самую грязь и использовать её в своих интересах (чем не болотный футбол?).  Для негодной политики чем больше грязи, тем и лучше.    Грязь можно использовать двояко. Её можно выдавать за ценность, а можно – за явление, с которым необходимо бороться, которое можно обличать и о котором можно громко кричать для привлечения внимания масс на свою сторону. Всё зависит от жизненных обстоятельств и деталей социальной ситуации.

Базой для развития той или иной нации (народа) служит  её (его) массовое сознание, которое на обыденном уровне нередко носит эмоциональный или религиозный характер.  Русскому национальному сознанию свойственно относиться к окружающей действительности и объяснять  её  посредством веры и укоренённых в культуре мифов. Рациональное, критическое отношение к реалиям жизни для русских в целом не характерно.  Мифы, как подмена реальности,  и чуть ли не патологическая склонность  к самообману является для русских одним из главнейших условий их существования.  Эти особенности доминируют в  «поле народного сознания». Власть, когда осознанно, а когда и просто по привычке» в своих интересах играет на этом поле, выбирая его слабые, лишённые благоприятных  перспектив участки, являющиеся заведомыми помехами в развитии. Потакание  слабостям народа и называются у нас политикой.  Образуется особый политический футбол, который определяет социальный климат внутри страны и её отношения со всем остальным миром.  

Мифов много. Наиболее обширна та их группа, которая твердит об уникальном  величии русских, вызывающем, по их мнению,  завистливое и враждебное отношение к ним со стороны других наций и народов.    Из этого вытекает, что всё плохое, происходящее в России, является результатом внешней экспансии. Это центр национального поля сознания. Как в футболе, откуда начинается движение мяча, строятся и защита и нападение.  Так или иначе, но русские к нему обращаются. Пути разума неисповедимы. Границы между ним и абсурдом стираются.   В результате многие разумные люди у нас считают, что русские пьянствуют  и ругаются матом  только потому, что так захотели не кто-нибудь, а внешние враги.

  Слабости сознания – это ещё не приговор. Они есть у каждой нации. К ним нельзя подходить однозначно. Надо помнить, что в духовном наследии, традициях и быту каждой нации есть не только хорошее, но и плохое, отжившее.  Слабости преодолеваются и компенсируются за счёт позитивных качеств.  Но это происходит в том случае, когда  отсутствует спекуляция на  национальных слабостях со стороны сил, обладающих мощным пропагандистским  ресурсом, когда всё плохое не консервируется и не выдаётся за некое преимущество перед другими нациями и народами. Когда естественная гордость за достигнутые успехи не  превращается в национальную кичливость или зазнайство и  порождает тенденции к обособленности, неуважительному отношению к другим странам и их населению.  Важно стимулировать стремление народа уйти  от всего наносного, несущественного, мешающего прогрессивному развитию. Этим всегда занималась русская интеллигенция. Но преодоление собственных недостатков – это процесс трудный и не скоротечный. Каждому человеку хочется добиться успеха, что называется «малой кровью».  К тому же,  русские склонны уповать на всякого рода чудеса, виной чему в немалой степени являются их представления о своём физическом, интеллектуальном и нравственном превосходстве над другими народами.   По этой причине, как им представляется, они должны быть в любом деле впереди планеты всей. И если такого не случается, они легко винят кого угодно, но только не себя самих. Этим и пользуются отечественные политики, подогревая в народе искажённые представления как о самом себе, так и о других народах. Так проще завоёвывать симпатии масс.  К тому же,  с помощью подобного воспитания политикам удаётся избавляться от ответственности за свои действия.  Так те же массовые репрессии в Советском Союзе объяснялись наличием громадного количества врагов, целью которых является, если не уничтожение русского народа, то его порабощение. Мысль о том, что проклятый Запад во главе с Америкой спит и видит, как бы подчинить себе Россию, и сегодня находится на вооружении политиков. Находящаяся в глубинах народного сознания, она выволакивается наружу средствами массовой информации и служит той доминантой, что отрицательно влияет на поведение людей.  Тем самым подкрепляется издавна сложившееся у русских одно из базовых их  мнений, что они вынуждены жить во враждебном окружении и постоянно  противодействовать чужакам («Нас никто не любит»).   Логическая бесперспективность этого этностереотипа очевидна (если хочешь, чтобы тебя кто-то любил, люби его сам),  но в угоду мелким интересам власти он актуализируется государственной пропагандой и оказывает немалое влияние на поведенческие модели россиян и их оценки происходящих событий.  Немалую роль в этом играет и различные пропагандистские технологии, среди которых в первую очередь можно назвать «спираль молчания».   При использовании  этого приёма люди лишаются информации о происходящем за пределами своего социума. Отсюда возникает незнание, неумение или неразвитость в отношении тех социальных систем, которые обеспечивают прогрессивное развитие общества. Недостаток информации заставляет русских традиционно ориентироваться на абстрактную вечность и обращение к прошлому, как историческому идеалу.   Результатом является, как отмечают исследователи, отсутствие у нации разработанной, внятной, чётко сформулированной и общепонятной стратегии развития с учётом конкретных временных показателей.  Вместо устремления в будущее государство обращается к застарелым мифам, используя их в качестве удобных  полей для манипулятивных игр с народом.    Но так же, как плохие поля не способствуют развитию современного футбола, так и выбор  для политики слабых мест в  массовом национальном сознании,  тормозит прогресс нации.   Но если с развитием футбола, всё-таки, как-то  можно подождать (пропущенные голы болезненны, но всё-таки  не смертельны), то опора нынешнего политического режима на слабости национальной психологии делает ситуацию в стране опасно непредсказуемой.