Фальшивая оттепель

Почему постановление пленума Верховного суда по «экстремистским» статьям УК не остановит охоту на людей в социальных сетях

Жить внутри постоянного стресса (то есть внутри государства российского) психологически небезопасно. Вредно все время думать, что сегодня запретят, и за что завтра начнут сажать. С разрядкой международной напряженности дела у Российской Федерации даже хуже, чем у брежневского Советского Союза, приходится хотя бы с внутренней напряженностью как-нибудь разбираться. Поэтому в моде шутки про оттепель. Читаешь, например, в новостях: «Россиянам могут разрешить продавать грибы, ягоды и бересту. Соответствующий законопроект позволит развивать самозанятость населения». Копируешь в Twitter, добавляешь: «Оттепель!» Наслаждаешься заслуженной славой остроумца.

Постановление пленума Верховного суда с пояснениями о правилах возбуждения уголовных дел за разжигание ненависти или вражды посредством, как там у них принято выражаться, «публикации материалов в глобальной сети интернет», то есть о пресловутой 282 статье УК, провоцирует поначалу кричать про оттепель, забыв о сарказме.

Раньше ведь как было? Вот, допустим, нравится мальчику девочка. Мальчик зовет девочку на свидание. Готовится, обдумывает слова, выбирает ресторан. Девочка соглашается, но в процессе понимает, что мальчик — не ее романа герой. Сидит, ковыряет вилкой салат, пытается скрыть зевоту, а на прощание говорит: «Знаешь, так я ненавижу этот “Цезарь”… Ты не звони мне больше». Погрустит мальчик, да и успокоится. Это если нормальный. Если злой — гадость какую-нибудь напишет на стене подъезда. И все.

А потом девочка непременно расскажет про свидание в социальных сетях. Жизнь — это ведь то, о чем ты рассказал в социальных сетях, а если не рассказал, значит, и не было ничего. Злой мальчик нахамит в комментах и нарвется на бан. А злой и юридически подкованный напишет телегу в прокуратуру о разжигании ненависти и вражды к социальной группе, выделяемой по признаку любви к салату «Цезарь». Злой, подкованный и сообразительный, — тоже о разжигании ненависти и вражды, но уже к цезарю. А цезари, добавит мальчик, частенько воевали в Сирии, и надо ли уточнять, кто на самом деле имеется в виду в этой явно экстремистской записи. И будут потирать руки полицейские, почувствовавшие возможность без труда скрутить опасную преступницу, и напишут эксперты свои заключения, и судья, глянув рыбьими глазами на собравшихся в зале, зачитает приговор, и грустить придется уже девочке.

Это, вообще говоря, не шутки. Примерно такие дела и заводят, и расследуют, за такие как раз, или за меньшие грехи людей судят и карают. И дел таких с каждым годом все больше. Получают свое герои-полицейские, специалисты-эксперты, и даже профессиональные потерпевшие, которые выискивают в социальных сетях «экстремистский контекст», и не стесняются рассказывать, что «испытали какую-то ненависть и вражду», увидев картинку с подписью. В Петербурге человека судили за анекдот про вишенку на куче, извините, дерьма, которая кучу дерьма в торт не превращает. Усмотрели в этом призывы к свержению существующего строя, видимо. Что тут скажешь, самокритично. В Ульяновске искали злоумышленников, разместивших в сети портрет губернатора с пририсованными гитлеровскими усиками. В Барнауле производство такого рода дел вообще поставили на поток.

Смеяться можно долго, абсурд всегда выглядит смешно, но это такой абсурд, который ломает живые жизни.

Полицейских можно понять (едва не написал — «по-человечески», но нет, причем здесь человечность). Они обнаружили, что могут без особых усилий зарабатывать свои «палки» по тяжелым статьям — есть ли что страшнее разжигания ненависти и призывов к свержению конституционного строя? Это вам не убийства с грабежами, это вещи серьезные. Вот они и зарабатывают свои «палки». Корыстных негодяев и благонамеренных дураков, готовых помочь полиции охотиться на невиновных, здесь тоже всегда хватало.

Законы, позволяющие наказывать за мыслепреступления (282 статья УК — самый знаменитый, но давно уже не единственный такой закон), придумывались ведь не для того, чтобы ленивые полицейские получали звания, премии и благодарности. Конкретно, 282-я изобретена, чтобы было, за что сажать русских националистов, которые в начале «нулевых» казались власти угрозой. Националисты на политическом фронте так и не произвели ничего заметного, разбились на мелкие группки, и заняты, в основном, спорами о главном вопросе русского национализма — кто в рядах правых еврей, а кто нет. Но статья осталась и применяется. А еще добавились статьи об оскорблении чувств верующих (в прошлом году открывали дело за фразу «бога нет», правда, до суда не довели), об оправдании нацизма (прецедент с делом за публикацию кадра военной хроники уже был, реабилитацией нацизма могут посчитать любую картинку со свастикой), о покушении на территориальную целостность РФ (да, ваши неаккуратные рассуждения в сети о том, чей, например, Крым, — уже повод для возбуждения дела), ну и так далее.

Один мальчик, знаете, все кричал про оттепель, и когда случилась настоящая оттепель, никто ему на помощь не пришел

Этот хаотичный набор карательных статей — вроде целого арсенала ружей, которые висят на стене в нашем диковатом спектакле. Странно было бы предполагать, что силовики рано или поздно не начнут палить из этих ружей по мирным гражданам.

Начали, и так рьяно, что государство забеспокоилось. Депутат Сергей Шаргунов успел даже с Владимиром Путиным обсудить тему «сроков за репосты» в ходе последней «прямой линии», и хотя не факт, что президент понял, о чем его спрашивали, но все же призвал ситуацию «до абсурда не доводить». Шаргунов внес в Госдуму соответствующий законопроект, предлагающий декриминализовать хотя бы 282-ю. Профильный комитет уже обсудил идею, решили, что не стоит. Важно сажать граждан за слова, но только не всех подряд, а совсем уж злонамеренных.

Постановление пленума Верховного суда — совершенно в том же духе. Кричать про оттепель рановато. А то один мальчик, знаете, все кричал про оттепель, и когда случилась настоящая оттепель, никто ему на помощь не пришел. Что нам обещает ВС РФ? Что за «бездумные лайки и репосты» дела возбуждать не надо. Надо искать и доказывать наличие умысла. Что надо учитывать контекст, а также собирать «сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в том числе о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и пользовательской аудитории, данные о его личности». Да — и еще, что к заключениям экспертов надо относиться аккуратнее. Это не фетиш.

И вот эта водичка остановит задорных охотников на людей в социальных сетях? Разве не слепят они «сведений о деятельности», не выставят очередного подростка с мемасиками практически готовым террористом? Особенно вдали от столиц, где люди до сих пор считаю слово «свобода» ругательством? Замначальника Главного управления по противодействию экстремизму МВД России Владимир Макаров еще летом на экспертном совещании Общероссийского народного фронта говорил, что полицейские заводят дело по 282-й, только если видят преступный умысел. То есть во всех абсурдных, но уже поломавших жизни историях с судами за репосты они и так, еще до разъяснений ВС, видели умысел. Сработали на опережение, учли разъяснения до появления разъяснений. Надеяться на то, что рьяных охотников остановит очередная бумажка, любой из пунктов которой легко обойти, особенно если следствие и суд работают заодно (а где у нас иначе-то?), — как-то даже слишком наивно.

Есть только один способ остановить охоту на людей в социальных сетях — отменить скопом все эти позорные статьи, а осужденных оправдать, выплатив им положенные компенсации. Вот когда отменят, тогда обнимемся и хором крикнем: «Оттепель!»

А пока нет для этого никакого повода.

Иван Давыдов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *