Дело о 57 миллиардах долларов.Тяжба между акционерами ЮКОСА и Россией приближается к финалу: сумма компенсаций только растет

27 апреля 2021
Пресс-обзор

Юридический советник Верховного суда Нидерландов (де-факто — судья, еще его называют генеральным прокурором) сегодня, 23 апреля, выпустил свое итоговое заключение по спору ЮКОСа с Россией. Юридический советник рекомендовал Верховному суду королевства отклонить поданную Россией в прошлом году кассационную жалобу и оставить в силе решение апелляционного суда Гааги о выплате акционерам ЮКОСа более $50 млрд за незаконную экспроприацию активов.

Как ожидается, 24 сентября 2021 года судьи Верховного суда Нидерландов должны принять окончательное решение.

Тяжба между ЮКОСом и Россией растянулась почти на 17 лет. Сумма назначенной компенсации успела вырасти с 50 до 57 миллиардов долларов. «Новая» решила напомнить, как это было.

Делу о $50 млрд, как известно, предшествовало одно знаменательное и уже историческое событие — уничтожение компании ЮКОС с закошмариванием и арестом ее сотрудников как высшего, так и совсем мелкого звена. В 2003 году российские власти выкатили компании астрономические налоговые претензии, притом что ЮКОС на тот момент был ведущим налогоплательщиком в стране, опережающим «Лукойл» и «Роснефть». Начисленные искусственно огромные суммы ЮКОС выплатить не смог, был обанкрочен и в 2007 году ликвидирован. Впоследствии выяснилось, что компания не только «не платила налоги», но и «воровала нефть» (причем всю) у самой себя, что позволило повторно осудить Михаила Ходорковского и Платона Лебедева.

Что касается активов ЮКОСа, некогда крупнейшей нефтяной компании страны, то они почти сразу через компанию «Юганскнефтегаз» по цене ниже рыночной достались той самой государственной «Роснефти», принадлежащей Игорю Сечину. С 2005 года успевшие уехать из страны акционеры ЮКОСа, объединившиеся в холдинговую компанию Group Menatep Limited (GML), инициировали международные разбирательства, чтобы взыскать с России компенсацию за незаконную экспроприацию компании.

Рассмотрение основных жалоб в международных судах заняло почти 10 лет. Решения выстрелили одновременно: банкротство ЮКОСа было незаконным. Сначала, в июле 2014 года, Гаагский третейский суд обязал Россию выплатить бывшим акционерам компании рекордные 50 млрд долларов. А через несколько дней Европейский суд по правам человека присудил ЮКОСу компенсацию в 1,9 млрд евро (2,4 млрд долларов). Это тоже была колоссальная цифра, в 21 раз превышающая максимальную сумму компенсации, когда-либо присуждавшуюся этим судом.

И Гаага, и Страсбург пришли к выводу, что налоговые претензии ЮКОСу были безосновательны и в значительной степени способствовали ликвидации компании. Более того,

Гаагский суд четко написал, что налоги использовались российскими властями как инструмент для того, чтобы признать компанию банкротом и завладеть ее активами.

Суд в Гааге исходил из того, что Россия нарушила 45-ю статью договора к Энергетической хартии, фактически экспроприировав ЮКОС и получив при этом выгоду (активы, повторимся, отошли «Роснефти»). Россия Энергетическую хартию в 1994 году подписывала для временного применения, но не ратифицировала документ. И на этом основании, а также цепляясь за то, что арбитраж в Гааге якобы не имел юрисдикции на рассмотрение тяжбы акционеров, власти РФ еще на протяжении 7 лет безуспешно пытались оспорить решение суда в Гааге и остановить аресты российского госимущества за рубежом. Аресты инициировали бывшие акционеры ЮКОСа в счет выплаты компенсаций.

Последствия для института права в России

Пока длились апелляции, Россия выписывала себе одно за другим разрешения не платить в случае поражения в международных судах. Еще в 2015 году, после Гааги и Страсбурга, Владимир Путин подписал закон, позволяющий Конституционному суду России признавать неисполнимыми решения международных судов. В итоге епархия Валерия Зорькина разрешила России не исполнять решение ЕСПЧ о 1,9 млрд евро. А в 2020 году, во время голосования на пеньках, право ничего не платить закрепили и в новой Конституции.

Теперь Москва может игнорировать любые решения международных судов, если они налагают на нее какие-либо обязанности и «противоречат основам публичного правопорядка».

КС и междусобойчик

Вернемся к 50 млрд. В 2016 году по жалобе Москвы окружной суд Гааги отменил решение арбитража, но в феврале 2020 года уже Апелляционный суд Гааги отменил решение об отмене и подтвердил вердикт 2014 года: Россия должна платить. Причем за время тяжбы росли проценты, сегодня сумма компенсации, которую РФ обязана выплатить ЮКОСу, составляет 57 млрд долларов.

Россия весной 2020 года решила попытать счастья снова, обратившись в Верховный суд Нидерландов, где требовала отменить решение апелляционной инстанции и приостановить исполнение судебных решений. Аргумент был старый: да, Москва подписывала договор к Энергетической хартии, но не ратифицировала и применяла его в той мере, в которой он не противоречил российскому законодательству. Однако Верховный суд Нидерландов в декабре 2020 года ходатайство России отклонил, окончательно и бесповоротно.

Через несколько дней о себе напомнил Конституционный суд России: в закрытом режиме, без публичных слушаний 24 декабря 2020 года экстренно принявший разъяснение закона «О международных договорах РФ». Бумага само собой гласила, что Россия может не исполнять решение Гааги. Формально это было ответом на ходатайство правительства во главе с Михаилом Мишустиным, которое ссылалось на то, что их предшественники 26 лет назад, в 1994 году, были не вправе делегировать международному арбитражу разрешение споров иностранных инвесторов, и менять «компетенцию российских судов» правительство не уполномочено.

Что интересно: в 2012 году сам КС прямо разрешил российским властям временно применять не ратифицированные международные соглашения. Спор касался договора по Таможенному союзу, решение КС распространялось и на договор к Энергетической хартии. Но проехали…

Короче, правительству было разрешено не платить ЮКОСу и $57 млрд. К элементарным юридическим нормам и здравому смыслу, естественно, это имело мало отношения.

И Верховному суду Нидерландов на самом деле безразлично, что и кому разрешил КС. Междусобойчик внутри России никак не затрагивает окончательное решение голландского вышестоящего суда. Ну, это как управа столичного района Зюзино разрешит сотрудникам местного ДЕЗ не участвовать в инаугурации президента США. Как нетрудно догадаться, инаугурация президента США состоится независимо от того, что решили в Зюзинском ДЕЗ. Так и решение по выплате ЮКОСу средств за экспроприацию активов: оно уже принято, оставлено в силе и будет исполняться, независимо от российских понятий.

КС может принять хоть еще сотню подобных актов, повесить их в рамки в кабинетах чиновников, но вот беда: международным судам эти акты абсолютно фиолетовы, как и то, что в России перекроили Конституцию, чтобы не исполнять невыгодные решения.

Имущество РФ за рубежом все равно будет арестовываться, как бы его активно сейчас не прятали, переводя на другие лица.

Что уже попало под арест

Бывшие акционеры ЮКОСа инициировали аресты российского госимущества в США, Германии, Бельгии, Великобритании, Франции, Индии. До фактических арестов дошло в Бельгии и Франции — под них попали, в частности, счета и здания дипломатических представительств, зарубежное имущество РПЦ (в частности счета архиепископства Брюссельского и Бельгийского) и государственных СМИ (ТАСС, «Россия сегодня», ВГТРК). Спустя два года российской стороне удалось обжаловать это решение в Окружном суде Гааги, а аресты имущества на время были сняты.

Минюст России называл решения об арестах «недобросовестными действиями бывших акционеров ЮКОСа, предпринятых ими в рамках попыток обращения взыскания на имущество, не принадлежащее Российской Федерации или защищенное дипломатическим иммунитетом, в том числе — неправомерную попытку обращения взыскания на товарные знаки ФКП «Союзплодоимпорт» (арест на ряд алкогольных брендов, в том числе на водочные марки Moskovskaya и Stolichnaya, был наложен в мае 2020 года в странах Бенилюкса, затем до окончательного решения суда в Нидерландах был снят).

Что дальше

После сегодняшнего решения GML продолжит взыскивать компенсации. Впрочем, арест имущества и денежных средств России в других странах — процедура многоступенчатая и непростая. В каких-то юрисдикциях это можно делать сразу, а в каких-то нужно проверить применимость решения Гаагского суда.

В любом случае, как сказали «Новой» в GML, риски и возможности взыскания долга с РФ увеличатся 24 сентября 2021 года, когда окончательную точку поставит Верховный суд Нидерландов в целом.

Вера Челищева, репортер, глава отдела судебной информации