Региональные власти запрещают марши Немцова вопреки собственным интересам
25 февраля в тридцати российских городах пройдут акции памяти Бориса Немцова, убитого три года назад. Московская мэрия согласовала маршрут от Страстного бульвара до площади Сахарова, согласования также получены в Ростове-на-Дону и Ульяновске.
Однако в большом количестве регионов складывается другая ситуация: местные власти препятствуют проведению шествия. Не согласовали проведение марша, в частности, в Петербурге. Организаторы планировали пройти по Каменноостровскому проспекту через Троицкий мост и устроить митинг на Марсовом поле. Городские власти заявили, что не могут согласовать этот маршрут, поскольку в это время будут проводиться работы по благоустройству, а Марсово поле уже отдано под «иные, ранее согласованные культурно-массовые мероприятия». Активисты утверждают, что мероприятие состоится в любом случае и пройдет по первоначальному маршруту. В акциях в Петербурге традиционно участвуют сотни людей, так что потенциально марш памяти может перерасти в конфликт и политическую проблему.
Примеру петербургских властей последовали в Нижнем Новгороде — на политической родине Немцова, в Томске, Чебоксарах и других городах. Нижегородские начальники предложили вместо шествия по пешеходной улице в центре города провести митинг в удаленном районе. Активисты также намерены игнорировать этот запрет. В Томске ответить на запрет шествия собираются пикетами в центре города.
Несогласованные акции памяти Бориса Немцова состоятся за три недели до президентских выборов. Ясно, что нежелание властей идти навстречу организаторам связано именно с этим фактором. Накануне они должны были получить дополнительные инструкции сверху о снижении гражданской уличной активности, «зачистке» улицы для граждан, отправляющихся на избирательные участки 18 марта. Эти инструкции направлены в первую очередь против «забастовки избирателей» Алексея Навального, но если применять их механически, то под раздачу попадают и все прочие акции — не считая, разумеется, официального культурно-массового благоустройства.
При этом согласованные акции такого типа, как марш памяти Немцова, вряд ли могли бы стать эффективным способом политической мобилизации — сами по себе, без помощи со стороны чиновников. На маршах ради памяти Немцова могли бы встретиться люди, придерживающиеся разных политических тактик, — сторонники абсентеизма, активного бойкота или участия в выборах и голосования за кандидатов демократического фланга, в первую очередь Собчак и Явлинского. Вырабатывать общую политическую повестку на согласованной акции 25 февраля было бы довольно трудно.
Действия регионального начальства, таким образом, прямо вредят их собственным интересам: запрещая гражданам отдать дань уважения Борису Немцову, они создают пространство для задержаний и злоупотреблений, а в конечном счете — для политизации.
Рациональное поведение демонстрируют московские власти и руководство тех регионов, которые решили последовать их примеру.
Отдел политики
