Блогеру, разоблачавшему кладбищенскую мафию, дали 4 года за вымышленную драку

Суд огласил приговор создателю ютуб-канала «Смертельно опасен»

Журналисту Ивану Голунову подбросили наркотики после его расследования о похоронном бизнесе и тех, кто его «крышует». Общественника и создателя ютуб канала «Смертельно опасен» Андрея Дейнеко обвинили в нападении на одного из руководителей Николо-Архангельского кладбища «из хулиганских побуждений» после того, как он попытался снять видеосюжет о погосте. Возможно, это совпадения, но похоже, что любые расследования (журналистские и общественные) про похоронную отрасль становятся похожи на «репортажи с поля боя», с которых не все возвращаются домой…

У Дейнеко, как поговаривают некоторые, был свой интерес критиковать похоронную отрасль. Но то, как в итоге его «наказали» за это, – вызов самому здравому смыслу. Эксперты и свидетели, а главное — видеозапись — подтверждают, что никакого удара не было. И тем не менее за это «нереальное нападение» блогер получил 4 года колонии-поселения.

Могилу — за взятку

«Я являюсь президентом Ассоциации учреждений похоронной отрасли, – начинает свое письмо из тюрьмы в редакцию «МК» Андрей Дейнеко. – Деятельность ассоциации направлена на правовую поддержку участников ритуального рынка. В ходе работы мы консультируем, готовим жалобы в исполнительные и надзорные органы. С июля 2020 мы ведем видеоблог в социальных сетях под названием «Смертельно опасно», в котором рассказываем о выявленным нами нарушениях. Нами была обнаружена незаконная свалка на Митинском погосте, незаконная торговля на кладбищах, нарушение при погребении «безродных», всякого рода коррупция и вымогательство при захоронении».

Почему Андрея вообще заинтересовала эта тема? Супруга говорит, что все началось в 2014 году, когда умерла мать Андрея, и он впервые столкнулся с мошенничеством в сфере ритуальных услуг. С тех пор он стал изучать «особенности» похоронного бизнеса. Вскоре, а точнее в 2019 году, появилась Ассоциация. В июле 2020-го Дейнеко еще и создал ютуб-канал, чем разозлил нерадивых похоронщиков. Размещенные там ролики показывают, как вымогают деньги с людей за похороны не через неделю, а в день обращения, или за хорошее место на кладбище, как идут эти торги, кто в итоге получает деньги. Видеокадры стали приложением к его обращению в правоохранительные органы о возбуждении уголовных дел. Ютуб-канал потихоньку набирал подписчиков, все больше людей обращалось за помощью.

– У Дейнеко был свой интерес,- говорит инкогнито один из сотрудников сферы ритуальных услуг. – На этом рынке идет постоянная борьба. Посмотрите, многие его репортажи велись в весьма агрессивном стиле.

Не буду сейчас углубляться в «журналистскую» деятельность Дейнеко и работу его канала. Вот какие события легли в основу уголовного дела.

«30 сентября 2020 года я вместе с двумя операторами прибыл в здание Николо-Архангельского кладбища в Балашихе, проводил проверку поступивших ко мне жалоб от граждан».

– Речь о том, что двое сотрудников Николо-Архангельского кладбища под запись, но без указания фамилий и открытой съемки лиц, подробно рассказали, что администрация требует с каждого при поступлении на работу крупную взятку и заявление об увольнении без даты – как гарантию того, что затем взятки будут передаваться ежемесячно, – объясняет член СПЧ Леонид Никитинский, пытавшийся разобраться в этой истории. – Такие записи процессуальным доказательством, конечно, быть не могут, но Дейнеко решил организовать еще одну экспедицию на Николо-Архангельское и задать вопросы его руководству.

«Однако один из руководителей Коба Мезвришвили грубо разговаривал со мной и приказал своим охранникам применить ко мне силу, отобрать видеотехнику и уничтожить видеозаписи, – продолжаем цитировать письмо Дейнеко. – Я потребовал вызвать полицию. Но охранники стали выполнять поручение Мезвришвили, выхватывать у оператора камеру. Один из них охранников ломал мне пальцы рук, нанес несколько ударов в грудь. Затем нас вытолкнули на улицу».

Приехавшие сотрудники полиции попытались разобраться в споре между блогером и ритуальщиками. Они не увидели оснований для изъятия видеозаписи (на этом настаивал Мезвришвили). А Дейнеко потом отправился в полицейский участок, где написал заявление о совершенном в отношении и него преступлении.

После этого такое же заявление написал Мезвришвили, утверждал, что Дейнеко ударил его «из хулиганский побуждений». В итоге против Дейнеко было возбуждено уголовное дело.

Странная «история болезни»

Понятно, что ритуальщики всегда будут настороженно относиться к общественникам, которые следят за их деятельностью. Это нормально. Трудно было бы ожидать от них открытости, откровенности. Но должны ли они избавляться руками правоохранителей от тех, от кого исходят критика вместо того, чтобы улучшать качество своей работы? Это не ли не преступление? Впрочем, это риторические вопросы, а вот факты.

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, Дейнеко пришел на кладбище изначально с целью напасть на Мезвришвили и нанес «легкий вред здоровью. Спустя 2 месяца, со слов Мезвришвили, он почувствовал себя хуже, 27 ноября обратился к врачу, который поставил диагноз “ушиб сердца” – в результате дело было переквалифицировано на причинение телесных повреждений средний тяжести. С 1 декабря 2020 года Дейнеко в СИЗО.

В сети есть видеозапись, на которой виден весь конфликт, но никакого удара там даже близко не видно. Вообще весь конфликт, включая его продолжение в тамбуре, был отснят одним куском, Дейнеко там постоянно в кадре. На записи нет момента, когда бы он ударил Мезвришвили.

А еще есть видео, на котором Мезвришвили и Дейнеко общаются с приехавшими по вызову полицейскими. Мезвришвили прекрасно держится и разговаривает, никаких признаков травмы, а главное – ничего об «избиении» не говорит полицейским. Ни слова, подчеркиваю. Почему? Он потом даст странное, если не сказать больше, объяснение в духе — решил держаться по мужски, не подавать виду, что ему больно.

Допустим. Но есть заключение специалистов (они большие профи, много лет работали в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел и Минюста) в области исследования видео- и звуковой среды. Так вот, изучив все имеющиеся у следствия и у защитников записи, они пришли к выводу: признаков того, что Дейнеко нанес удар Мезвришвили, нет. Их выводы на 50 листах для тех, кто, как говорится, не верит глазам своим.

В деле есть показания об избиении, данные двумя охранниками, которые, сами посудите, не могут быть объективными (они уж участники и инцидента, тем более, что один из них и ударил Дейнеко, когда выталкивал). Но вот был в день инцидента в административном здании погоста совершенно независимый человек (и он запечатлен на видео). Адвокаты нашли его, он рассказал, что конфликт видел от начала до конца и что удара не было. И что вы думаете? Дознаватель отказались его допросить.

В деле, конечно же, есть две медицинские экспертизы о травме Мезвришвили, а также информация, что он лечился в больнице две недели после удара. Защитники выяснили, что в больнице он действительно был. Дважды.

То, что экспертизы «потерпевшего» весьма странные, подтверждают независимые специалисты. Среди них доктор медицинский наук, профессор, 27 лет отдавший судебно-медицинской экспертизе (такой стаж работы в этой сфере) Евгений Кильдюшов. Сторона защиты предоставила ему две экспертизы потерпевшего, и он делает выводы, что диагноз «ушиб» сердца Мезвришвили был установлен не обоснованно, без подтверждения объективными данными, и даже утверждение о наличии расстройства здоровья не обосновано. Но следствие опиралось не на них, а, конечно же, на эти две экспертизы сделанные самим Мезвришвили.

– Эксперты установили “вред здоровью” при несуществующий травме и со слов “потерпевшего”, – считает адвокат Анастасия Саморукова. – В Интернете в свое время появились видео про эти «исследования» и не состыковки (есть мнение, что даже ЭКГ делались у разных людей).

Суд подмосковной Балашихи был на удивление скор, приговор шокировал — 4 года колонии-поселения.

– Я комментарии не даю, – резко обрубил потерпевший Коба Мезвришвили.

Жаль, очень хотелось узнать — доволен ли он приговором.

Послесловие 

– Не вступайтесь вы за этого Дейнеко, – советовали мне некоторые ритуальщики. – Уровень его расследований был слабый, да и вообще у него, может, была задача именно критиковать похоронную отрасль.

– Правдоискательство дело за разительное – для тех, у кого есть этот правозащитный или активистский ген (а таких немало), – говорит член СПЧ Леонид Никитинский. – И даже в темном похоронном деле надо исходить из презумпции добропорядочности. А что до профессионализма, это дело наживное, самоуверенность только лучше где-нибудь на кладбище закопать. Более всего меня убедил разговор с женой Андрея Оксаной, беременной вторым ребенком. Она рассказала, что Дейнеко и без того зарабатывал нормально, у него был или есть какой-то бизнес. Своими «похождениями» на кладбищах он с женой не делился.

Сложно не согласиться с Леонидом. Но по мне так главное в этой истории не цели Дейнеко и не его обличительная деятельность, а то что посадить за удар можно даже если удара не было. Понимаете? И суд это «проглотил». Мы специально не публиковали этот текст дол вынесения решения, чтобы это не выглядело как давление. Но вот теперь можно назвать вещи своими словами.

Недавно в беседе со мной Иван Голунов сказал, что обезопасить себя от фальсификации и незаконных обвинений можно только одним способом: снимая всю свою жизнь на видео. Иван, ты ошибся. Видео инцидента не защитило Дейнеко и не помогло доказать не только отсутствие события, состава преступления, но и его невиновность.

ЕВА МЕРКАЧЕВА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *